Home Розенкрейцерство Адепты Розы и Креста «Генрих Кунрат», — биография, автор Eric Midnight
«Генрих Кунрат», — биография, автор Eric Midnight
Розенкрейцерство - Адепты Розы и Креста

 

Генрих Кунрат

 

 

Генрих Кунрат (Heinrich Khunrath) (родился ок. 1560, в Дрездене, умер в в Лейпциге (по другим сведениям, так же в Дрездене) 9 сентября 1605) - немецкий Розенкрейцер, алхимик, герметический философ, занимал должность врача при дворе императора Рудольфа II. Наиболее известная из его работ - «Amphitheatrum Sapientiae Aeternae» («Амфитеатр Вечной Мудрости»).

 

Генрих Кунрат - фигура настолько интересная с точки зрения Розенкрейцерства, что при изучении данного вопроса его не просто невозможно, но даже преступно было бы обойти вниманием, и не изучить его работы.

Рубен Суинберн Клаймер, один из основателей FUDOSI (Всемирной Федерации Орденов, Братств и Обществ Посвященных), в своей книге «Книга Розы-Креста», том I, называет Кунрата со-основателем Fraternitas Rosæ Crucis и членом Ордена Розы. Артур Эдвард Уэйт отмечает, что его прозвали «иерофантом духовной стороны Magnum Opus», а Фрэнсис Йейтс считал его связующим звеном между философией Джона Ди и Розенкрейцерством. Очевидно, связь с Джоном Ди здесь проводится по той причине, что во время совего пребывания в Праге при дворе Рудольфа II Генрих Кунрат имел тесное общение с Джоном Ди, и в последствии в своих более поздних работах весьма лестно отзывался о нем.

«Генрих Курнат родился в семье людей нам безвестных в Саксонии, что в Германии, 7 января 1560 года. О ранних годах его жизни отсутствуют какие-либо записи. В семнадцать лет он отправился в путешествие, на что его подталкивало внутреннее побуждение, как объяснял он своим близким друзьям; путешествие, которое заставило его обойти большую часть Германии. Во время этих странствий он имел общение со многими людьми, вовлеченными в изучение Каббалы, соединенной с Алхимией. Он также ознакомился с доктриной Парацельса, и в результате поступил в Базельский Университет в возрасте двадцати одного года. Тем не менее, его изучение медицины было внезапно прервано, поскольку он непрестанно занимался тщательным исследованием Тайной и Алхимической науки, однако в двадцать восемь лет он окончил Университет1 и получил степень доктора медицины. Он практиковал занятия медициной в Гамбурге и Дрездене со значительным успехом, хотя его медицинская практика, так же, как и его обучение в Университете, была внезапно прервана по причине его великой любви к Оккультному и различным его аспектам.

Кунрат стал известен своим коллегам как страстный искатель духовной стороны Magnum Opus, а также как Христианский Каббалист. Он исследовал и проводил эксперименты с помощью средств, подобных теориям Парацельса, которого он полагал своим Иерофантом, и величайшим среди Мастеров».

Р. Суинберн Клаймер «Книга Розы-Креста». Том I

 

 

 

 

Последователем Парацельса Кунрата признает и Артур Эдвард Уэйт («Жизни Алхимических Философов») Причем учение Парацельса здесь в первую очередь характеризуется Божественным посвящением, которое удостаивает посвященного Мудрости. Уэйт отделяет Кунрата от всех прочих Алхимиков, уделом которых была Алхимия материальная, цель которой заключается в трансмутации неблагородных металлов в золото на физическом плане. Таких горе-алхимиков, которых называли «суфлерами» (от слова «суфль», дуть), которые со всем старанием дули в меха алхимического горна, чтобы поскорее получить долгожданный результат, настигали лишь неудачи, порой оканчивающиеся весьма плачевно.

Соприкосновения Кунрата с Джоном Ди и Телде, а также и с убеждениями Парацельса, навели его на мысли о развитии Христианизированной естественной магии, которая позволила бы отыскать тайную первоматерию, которая приведет человека к вечной мудрости. Христианизированный взгляд в исполнении Кунрата характеризовался его приверженности Лютеранскому богословию. Кроме того, он придерживался того взгляда, что эксперимент и наблюдение необходимы для практических алхимических изысканий. Книга Кунрата «Amphitheatrum Sapientiae Aeternae» обладала важным значением в Лютеранских кругах. Джон Варвик Монтгомери отметил, что Иоганн Арндт (1555 - 1621), влиятельный автор Лютеранских книг, посвященных пиетизму и набожности, составил комментарий на «Amphitheatrum». Некоторые из идей, содержащихся в его работах, являются Каббалистическими по своей природе, и предвещали появление Розенкрейцерства.

Целью Кунрата было обретение внутреннего, духовного золота, и самого себя он полагал адептом Духовной Алхимии. Духовная Алхимия же состоит из множества стадий, и сложный путь этот приводит к духовному совершенству.

 

 

«Среди скопления интересующихся и шума, создаваемого мнимыми исследователями, постепенно расцветала, поднимаясь до заслуживаемого ею положения, современная школа просвещенных, которые, взяв на вооружению терминологию turba philosophorum2, под предлогом алхимических занятий, похоже, сокрыли более возвышенную цель. Главным представителем данного направления конца шестнадцатого столетия был Генрих Кунрат, а работа, в которой в достаточной мере выражены принципы этого направления, называется «Amphitheatrum Sapientiæ Æternæ». Данные авторы направляют студента в сторону от искания материального золота ради раскрытия вечных и исключительно духовных сокровищ, и притязают на то, что могут предоставить мистический ключ, или Introitus apertus3 в «закрытый Дворец Короля», в котором содержатся эти сокровища. Физическая трансмутация, единственная и высшая цель практического алхимика, становится совершенно незначительной; однако, адепт способен ее совершить, и она представляет собой ориентир в его высшем развитии. Отрицая материальную теорию даже для такого низшего процесса, они заявляют, что его достижение невозможно для бездуховного человека, и, подобно тому, как ими используется алхимическая терминология в преобразованном виде, так же и метафизическая терминология, похоже, была принуждена послужить концепции, значительно превышающие понятия, обычно передаваемые такими словами, как «мудрость», «духовность» и т.д.»

(А.Э. Уэйт «История Розенкрейцеров». Глава 1. «О положении мистической философии в Германии в конце шестнадцатого столетия».)

 

«"Amphitheatrum Sapientiæ Æternæ solius veræ, Christiano Kabbalisticum divino magicum, &c.", опубликованная в формате ин-фолио в 1609, - наиболее любопытная и примечательная из его работ, некоторые из которых до сих пор остаются в виде рукописи. (Шосепье, "Словарь" (Chausepié, "Dictionnaire")) Она не была окончена ее автором, и появилась четыре года спустя после его кончины, с предисловием и заключением за авторством его друга Эразма Вольфарта».

(«Жизни Алхимических Философов: основаны на материалах, собранных в 1815 году». А.Э. Уэйт)

Данное сочинение Кунрата написано на латыни и посвящено мистическим аспектам искусства Алхимии. Впервые данная книга была опубликована в 1595 в Гамбурге. В ней были выполнены четыре круглые, детально продуманные гравюры, раскрашенные вручную, с золотыми и серебряными элементами, сначала нарисованные Кунратом, а затем непосредственно сделанные в качестве гравюр Пауллюсом ван дер Дортом. Данная книга стала более доступной в новой расширенной версии, в которую были добавлены несколько других гравюр, изданной посмертно в Ганау в 1609. «Amphitheatrum Sapientiae Aeternae» - классическая работа по алхимии, в которой сочетаются Христианство и магия. На гравюрах, опубликованных в новой версии, изображены Герметический Андрогин, Лаборатория Алхимика (или «Первая стадия Великой Работы», как ее также называют), Адам-Ева в словесном треугольнике, Пентаграмматическая Роза-Крест, Семь ступеней святилища и семь лучей, Алхимическая Цитадель с двадцатью воротами и без выхода, Gymnasium Naturæ, «синтетический и весьма ученый рисунок под видом довольно бесхитростного пейзажа» («Очерки о проклятых науках» С. де Гуайты), Изумрудная Скрижаль, выгравированная на вулканическом и меркуриальном камне, а также Пантакль Кунрата.

Подробные комментарии на две из этих гравюр, а именно на изображение Пентаграмматической Розы-Креста и Герметического Андрогина, приведены в книге Станисласа де Гуайты «Очерки о проклятых науках». На всех гравюрах книги Курната сделаны подробные замечания по поводу их содержания, они имеют округлую форму, и второй, внешний круг гравюры всегда включает в себя дополнительные, весьма подробные сведения, готовые направить кандидата, обладающего должным пониманием и стремлением, к разгадке и глубокому осознанию их смысла.

Наиболее известной из гравюр является, пожалуй, «Лаборатория Алхимика», или, как называет ее Станислас де Гуайта, «Лаборатория Кунрата». На ней представлено воплощение Духовного Алхимика, или религиозного Мистика, находящегося на первой стадии Великой Работы, - то есть, обращающегося к Богу в своей молельне (oratorium). Напротив шатра-молельни располагается лаборатория (laboratorium).

 

 

«Многочисленные надписи на гравюрах в некоторых случаях носят разъяснительный характер, но главным образом обладают мистическим значением. На шатре буквами иврита написано Имя Господа, на его левой части значится надпись на латыни: «Hoc Hoc agentibus nobis, aderit ipse Deus» (Когда мы внимательно следим за своей работой, Сам Бог помогает нам.).

Алхимик, стоящий на коленях, это сам Кунрат, или же любой иной алхимик. Во время молитвы его взгляд обращен к Пентаграмме, символу Пифагорейцев. Возможно, он молится в духе Джорджа Рипли: «О Единство в веществе, и Троица в Боге! Как сотворил Ты все вещи из ЕДИНОГО Хаоса, позволь мне быть столь искусным, чтобы я мог развить наш Микрокосм [Философский Камень] из ЕДИНОГО вещества в его трех аспектах: Магнезии, Сере и Меркурии». Важность, которая придается музыке, гармонии, числу, а также пропорциям в операциях Великой Работы, уже означенной символом Пентаграммы, подчеркивается музыкальными инструментами, а также парой весов, стоящих на столе, что расположен в центре; кроме того, в прилагающейся надписи на латыни указывается, что духовная музыка рассеивает печаль (или алхимическую меланхолию) и злых духов. На потолок прикреплена лампа в виде звезды с семью шариками, каждый из которых испускает небольшое пламя. Они означают семь главных Операций Алхимии.

На изначальном рисунке лаборатория украшена множеством надписей. «Nec temere, nec timide» (Ни опрометчиво, ни робко) и «Sapienter retentatum, succedet aliquando» (То, что было с мудростью опробовано снова, однажды принесет успех). Две внешних колонны, поддерживающие свод над алхимической печью обладают символическим, так же, как материальным значением, поскольку на них написаны слова «Ratio» (Разум) и «Experientia» (Опыт). Даже небольшой перегонный куб и атанор (печь), изображенные на переднем плане, носят на себе мистические надписи. Атанор, в котором содержится сосуд Хеннеля со шкалой, которому, вероятно, еще предстоит «стоять на Огне», по крайней мере, в течение месяца, многозначительно помечен надписью «Festina lente» (Спеши медленно).4 Над дверным проемом в дальнем конце помещения написано «Dormiens vigila» (Во время сна будь бдителен). Ряд из одиннадцати флаконов для реактивов, поставленных на навес данной изысканной лаборатории, означен такими уместными надписями, как «Hyle» (примордиальная материя), Ros celi (небесная роса), «gold potab» (питьевое золото), «Azoth» (Меркурий Философов), а также «Sanguis draconis» (кровь дракона)».

(«Истолкование гравюры "Лаборатория Алхимика"», Джон Рид)

 

Однако, в эссе Джона Рида, из которого взят вышеприведенный отрывок, дальше следует сравнение «Лаборатории Кунрата» с алхимической кельей, «сооруженной, согласно Виктору Гюго, Епископом Хью де Безансоном, в одной из древних башен Нотр-Дам де Пари в начале четырнадцатого столетия». Такое сравнение, конечно же, возможно совершить лишь для того, чтобы показать, насколько по духу отлична Лаборатори Кунрата от алхимической кельи Хью де Безансона:

«Виктор Гюго, в 1482 году описал ее как «мрачную, тускло освященную келью», покрытую пылью и паутиной, в которой хаотично располагаются компасы, перегонные кубы, колбы, реторты, скелеты животных, рукописи, а также всевозможные обломки и выброшенный за ненадобностью груз практика алхимии. Стены кельи были покрыты словами из легенд, написанных на разных языках и разными буквами, а также надписями на латыни, такими как «Unde? Inde?» (Почему? Следовательно?); «Homo homini monstrum» (Человек - чудовище в отношении людей); Sapere aude (Дерзай знать); а также рифмы на латыни, такие как «Nomen numen» (Имя, знак Божественного могущества) и «Astra castra» (Звезды, фортуна). По его описаниям, «вся комната исписывалась по множеству раз изображениями звезд и треугольников, людей и животных, до тех пор, пока потолок не стал похож на лист бумаги, по которому обезьяна волочила ручку, полную чернил». Даже на мехах имелась надпись «Spiro spero» (Дышу, надеюсь), любимый девиз алхимического братства, который, очевидно, представляет собой укоренившуюся в веках хвалу этому алхимическому инструменту».

В то время, как Духовная Алхимия полагает обретение человеком Мудрости, разумеется, адепт Духовной Алхимии не может допустить, чтобы зайти в подобное плачевное состояние для своего разума, чтобы исписать подчистую свою комнату, поскольку это, без сомнения, в подобной форме уже является признаком безумия. Напротив, Благоразумие представляет собой одну из Богословских Добродетелей. Конечно, Лаборатория Кунрата вовсе не мрачна, но словно пропитана Божественным Светом, который есть Вездесущ, но просто сокрыт от глаз человека, павшего в материю.

Как пишет Артур Уэйт в «Жизни Алхимических Философов»:

«Во вступлении (к «Amphitheatrum Sapientiae Aeternae» - прим. перев.) кандидата направляют к величайшему храму вечной мудрости, чтобы познать Бога и Иисуса Христа, которого Он послал, познать также и себя, и тайны макрокосма. Весь трактат истинно мистический и магический. Семь ступеней, ведущих ко вратам вселенского знания, описаны в эзотерическом комментарии на некоторые части Мудрости Соломона. Lapis philosophorum5 утверждается тождественным Руах Элоhим, который носился над водою во время первого периода творения. Руах Элоhим называется vapor virtutis Dei 6, и сокровенной формой всех вещей. Совершенная форма достигается через Христа, и, обратно, обладание этим сокровищем дарует познание Христа».

По словам Рубена Суинберна Клаймера:

«Здесь пребывает Мудрость не одного только Соломона, но всех Посвященных. В одно и то же время это чрезвычайно просто для тех, кто искал, и нашел Свет, и также покрыто совершеннейшей тьмой для тех, кто не смог проникнуть за завесу Храма.

Христос есть сокрытая тайна. Эта тайна не может быть раскрыта до тех пор, пока человек самостоятельно, посредством величайшего желания и непрерывных поисков, не находит «склеп», в котором похоронен Христос, не отодвинет «камень», и не возвратит Христа к жизни, т.е. к Выраженности или Просвещению, Свету.

Камень - это профан, плотский человек. Этот камень должен лишиться всех своих грубых граней, и быть хорошо сформированным, чтобы быть пригодным для Храма. Это совершается посредством трансмутации всех плотских желаний, страстей и мыслей. Такова, вкратце, работа Философского Посвящения, и когда попытки увенчиваются успехом, Кандидат становится Рыцарем Розы Креста, но не Розой Крестом.

Кунрат не использовал жаргон Алхимиков в той степени, в какой использовали его современные ему авторы, и его описание Великой Работы окажется понятным тем, кто не обладает должным познанием Аркана.

Он доводит до сведения Кандидата, что в первую очередь необходимо совершить очищение личного существа. Это требует трансмутации всех мыслей и желаний, чтобы студент избегал всех плотских поступков, не обладающих духовным основанием. До тех пор, пока это не совершено, невозможно раскрыть зрение, чтобы узреть Бога. Узреть Бога, конечно же, возможно только тогда, когда человек стал настолько свободен от явных зол, что божественное внутри него, Христос или Душа, в достаточной мере пробудилось, или обрело Выраженность, и было бы способно проявиться в Свете, или же как Свет. Для профана данное утверждение, не смотря на то, что оно совершенно просто и ясно, прозвучит, как жаргон древнего Алхимика.

После этих эзотерических слов Кунрат совершенно ясно, для себя, говорит нам, что «чувства должны быть дистиллированы». То, что они должны быть «дистиллированы», не означает, что чувства должны быть уничтожены, но что они должны быть, с одной стороны, очищены, и, с другой, должны находиться в подчинении или же под контролем.

Говоря словами Библии, это означает: «Остановитесь и познайте, что Я - Бог». Лишь тогда, когда чувства бездействуют, негромкий глас Бога может быть услышан, и так Он может быть познан.

В бездействии Души, т.е когда страсти усмирены, и не ощущаются, может явиться освящение, и вслед за ним является Просвещение.

Это и есть проявление Огня или Света Души; так нисходит Святой Дух, и человек становится Храмом Розы Креста Святого Духа.

Путь достижения сего возможен только посредством изменения. Когда изменение происходит в направлении духовного, оно является видом трансмутации. Чувства, т.е. плотские желания, подлежат изменению, с помощью желания возвышенного и духовного мировоззрения, для достижения таких священных эмоций, как любовь, чувство близости, великодушие, прощение и искреннее милосердие.

Эти благотворные эмоции являются «работником», обтесывающим грубые грани «камня», до тех пор, пока он наконец не станет ровным, «квадратным» и гладким. Тогда будет выражен Христос посредством Алхимической Трансмутации.

На протяжение этой «работы» Бог должен стать побуждающей Силой. Под «Богом» подразумевается все благое, что есть в человеке. Все добродетельные эмоции, подобно уже перечисленным, являются теми силами, которые будут занимать место плотских, злых, разрушительных желаний и страстей, до тех пор, пока Храм наконец не будет очищен, камень будет отодвинут, Христос воскреснет, Свет воссияет, Святой Дух снизойдет на Храм; и так человек становится храмом Святого Духа Розы Креста.

[...]

Кунрат предоставил ключ к Тайной науке для последующих авторов. Он указал путь к Философскому Посвящению».

 

 

 

 

Итак, в «Анализе Андрогина» Станислас де Гуайта пишет о душе, разрываемой потоками, четырьмя гибельными силами - Стихиями, и отчаянно пытающейся достичь центральной, сбалансированной точки. Душа, увлекшаяся за одним из Стихийных потоков, уподобливается элементальной природе. В ней настолько сильно выражается та или иная Стихия, что полностью перекрывает Дух, который и является той самой спасительной точкой. Именно он в символе Пентаграммы способен одухотворить Четыре Стихии и спасти их, таким образом, от бесконтрольности, которая весьма опасная как для самого человека, так и для Стихийных Духов, которые не удостоились одухотворения. По этой причине, пожалуй, взгляд Алхимика с гравюры Кунрата устремлен к Пентаграмме во время его молитвы к Богу.

Таково величайшее наследие Генриха Кунрата, дух которого был неким образом воскрешен в сочинениях Элифаса Леви, который далее передал это вдохновение таким представителям Французской Оккультной Школы, как Доктор Папюс (Жерар Анкосс), Станислас де Гуайта и Освальд Вирт.

Он покинул наш мир 9 сентября 1601 года, «всего лишь двенадцать лет перед тем, как его работа принесла плоды, и Fraternitas Rosæ Crucis7 стало известно миру трудами его оставшихся товарищей и их кандидатов».

Р. Суинберн Клаймер «Книга Розы-Креста». Том I

 

 


 

Примечания:

1. - Защитив двадцать восемь докторских тезисов. - прим. перев.

2. - Turba philosophorum, - «Собрание философов» - прим. перев.

3. - Introitus apertus - «Открытый вход». - прим. перев.

4. - «Festina lente» - «Спеши медленно», в значении «Не делай наспех» - прим. перев.

5. - Lapis philosophorum - Философский камень. - прим. перев.

6. - Vapor virtutis Dei - пламя добродетелей Бога. - прим. перев.

7. - Fraternitas Rosæ Crucis - Братство Розы Креста. - прим. перев.


 

Составлено © Eric Midnight, Teurgia.Org 2010 г.

 

 

Back