Home Французская Оккультная Школа и Мартинизм Учение и теория «Парадокс III. Любовь есть осуществление невозможного», — Элифас Леви
«Парадокс III. Любовь есть осуществление невозможного», — Элифас Леви PDF Печать
Французская Оккультная Школа и Мартинизм - Учение и теория

Парадокс III.

Любовь есть осуществление невозможного

 

Элифас Леви

 

 

Любовь суть Всемогущество Идеала. Через Идеал душа приходит в возвышенное состояние; она обретает величие большее, нежели Природа, жизнь большую, нежели мир, ее ум превосходит Науку, ее бессмертие превосходит саму Жизнь.


Когда Иисус Христос изрек: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и возлюби ближнего твоего, как самого себя» («на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки»), он имел ввиду следующее: «Любовь, именно Любовь превыше всего; ибо Бог есть бесконечная Любовь». Далее: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя», - то есть любите себя в вашем ближнем.


Эгоизм, если им управлять верным образом, сочетаем с другими людьми.


Любить - значит жить, любить - значит знать, любить - значит мочь, любить - значит молиться, любить - значит быть Богочеловеком.


Женщина осмелилась погубить саму себя дабы сорвать Божественное и преподнести Мужчине, а Мужчина, не жаждавший Божественного, поскольку был с Женщиной, принял его как идею о простом сопровождении своей спутницы до гробовой доски. Так произошло боговоплощение. Ева сотворила из Бога человека, так как стала матерью.


Восстали Смерть и Ад, являя ужас бесконечным предвестием гибели, но одно лишь явление Любви сразило их. Любовь сильнее Смерти, как сказано в Песне Песней. Она неодолимее Ада. Любовь суть Огнь Вечный,  и нет такого Потопа, что погасил бы его. Отдайте за малейшую Любовь все, что имеете, все, на что уповаете, все, что вы цените, и всего себя. Вашу кровь, ваше сердце, вашу жизнь и душу, и вы обретете ее – даром! Тот, кто убережет душу свою от Любви, потеряет душу свою, тот же, кто погубит душу свою за Любовь, спасет ее.


Многие грехи будут прощены сердцу, коие возлюбило много, о чем говорил сам Иисус Христос.


Его спутницей и другом была Магдалина, он просил испить воды у женщины из Самарии, грешницы, и простил женщину, совершившую прелюбодеяние, и он рек, что блудницы прежде войдут в Царство Божие, чем фарисеи и законники, поскольку заблуждения любви простительнее, чем заблуждения гордыни, поскольку лучше любить незаслуженно, чем вовсе не любить.


В понятиях абсолютной морали Благо есть Любовь, а Зло есть Ненависть. Любовь надлежит любить, и лишь Ненависть ненавидеть. Одно-единственное слово ненависти, как сказано в Евангелии, заслуживает ада, и, следовательно, одно слово Любви вдвое больше заслуживает Рая, поскольку Любовь вознаграждает многим более щедро, чем Ненависть наказывает.


Но не является ли Любовь сама по себе наградой? Не отыскал ли тот, кто любит, ключей к Небесам? Для Святой Терезы ад представлял собой невозможность любить, и эта невозможность казалась ей настолько ужасной, что она сожалела о сатане. «Несчастный, - говорила он. – Он более не способен любить!» Женщина сожалела о демоне… Каково преобразование для Христианства! Когда мир научится любить, он будет спасен. Человек, умеющий любить, привлекает к себе все души.


Желать страстно – не значит любить. Требовать – не значит любить. Подчинять – не значит любить. Ревность есть эгоизм, предстающий под маской любви. Страстное желание приводит к отвращению, требования бывают награждаемы отказом. Тирания вызывает противодействие в сильном и предательство – в слабом. Ревность низка и постыдна. Ненавидеть сердце, которое более нас не любит, не значит ли наказывать его за то, что оно любило нас?


Ревность, доводящая до бешенства, есть неблагодарность неистовая. Однако существует возвышенная ревность, которая есть ничто иное, как усердие в любви, и которая, во славу самой Любви желает чести возлюбленного. Поскольку возлюбленный представляет собой ничто иное, как Идеал Души, это мираж Абсолюта.


Симпатия, мимолетное наваждение – не есть Любовь. Истинная Любовь есть представление о Боге в человеке; это сущность религии, чести, дружбы и женитьбы.


Любовь не просто бессмертна, но она сама ведет душу к бессмертию. Она не стареет и не приобретает изменений. Сердца могут отворачиваться от нее, как Земля отвращается от Солнца, когда отходит ко сну, и именно тогда кажется, что хладность ночи нисходит на душу.


В физическом плане Любовь представляет собой жизненный принцип; в духовном, или метафизическом плане, это принцип Бессмертия.


Когда она вновь восходит к истоку всех вещей и простирается над всеми существами, ее называют Набожностью, Милосердием, а также благом; когда она оказывает почтение долгу, ее называют Честью; она есть главная движущая сила Человеческой Индивидуальности.


Очевидно, что она бессмертна, поскольку не совершает подношений для Смерти; она внушает человеку отвагу, презирает его, а также часто приводит его к благодеяниям и славе. Кем же еще является мученик, если не свидетелем, утверждающим Жизнь Вечную, не смотря на страдания и смерть?


Любовь в абсолютной степени является подтверждением самое себя. Там, где Любовь, нет Страха. Она сама налагает на жизнь собственные условия, а жизнь не может выдвигать условия в отношении нее.


В человеке любви надлежит быть свободной: в Природе она есть дитя Судьбы. Подобно магниту, она обладает двумя противоположными полюсами. Она привлекает и отталкивает, она созидает и разрушает. Она – сестра Смерти, но сестра старшая. Она есть Бог, по отношению к которому Смерть служит роль жреца, Бог, увенчивающий Смерть своей красотой, в то время как Смерть прославляет ее вечными жертвоприношениями.


У нее есть тень, называемая человеком Ненавистью, и эта тень необходима для того, чтобы явить ее сияние. Красота есть ее улыбка, радость – ее наслаждение, уродство – ее печаль, а боль – ее доказательство.


Война – ее лютая лихорадка, страсти – ее болезни, Мудрость – ее торжество и покой.


Она слепа, но наделена факелом. Она есть Люфифер, Ангел и демон, она есть Проклятие и Спасение. Она – Эрот, уравновешиваемый Антэротом. Она – Святой Михаил, возвышающийся на сатане как на своем пьедестале.


Великий Аркан магии есть Таинство Любви. Любовь побуждает Ангелов умирать и приводит к бессмертию демонов. Она превращает в женщин Сильфов, Ундин и Гномов, и низводит элементалей1 на землю.


Любовь обещала Пандору Прометею. Именно ради Пандоры сердце Прометеево непрестанно вновь вырастает под когтями хищной птицы, и именно ради Прометея Пандора все еще сберегает Надежду.


Небеса есть песнь, исполненная Любви. Ад есть рев Любви разочарованной, однако, как сказал великий поэт, тени ада есть тьма зримая, поскольку в ночи всегда светит свет. Если бы у ада не было веского основания на существование в Любви, в том явилось бы преступление Бога.


Ад – это лаборатория Искупления, а искупление вечно, поэтому и работа по искуплению может длиться вечно, поскольку Бог всегда был, и всегда будет Тем, Кто Он есть.


Вечное страдание есть плач по вечному сиянию. У основания креста Спасителя, согласно Евангелию, предстают две женщины. Одна стоит прямо, она покрыта вуалью, недвижима и бледна, подобно статуе в величии ее печали; это незапятнанная Дева, мать, зачавшая безгрешно. Другая пала ниц, она стенает, волосы ее и одежды – в великом беспорядке, ее глаза красны от слез, ее грудь сотрясается от рыданий: это грешница, Мария Магдалина, коею порицает мир, и благословляет умирающий.


Справа и слева от Христа двое мужчин терзаются в агонии, двое преступников; один – раскаявшийся, другой – жестокосердный. Первому Иисус сказал, что прощает его, но не сказал второму «Я осуждаю тебя», но страдал в молчании вместе с ним и за него. Окончательное проклятие есть вечное осуждение Ненависти; это страдание, которое уже невозможно отменить для того существа, когда никогда не будет любить.


Невольная любовь есть чувство, присущее не только человеку; это всемирный инстинкт, общий для всей Природы. Животным не присущ выбор в способах ухаживания; только человек держит в своих руках золотое яблоко, уготованное Небесами для самой прекрасной. Если человек мудр, тогда он выберет Минерву. Если он силен, тогда его выбор падет на Юнону, однако если он может удовольствоваться чувственной наградой, в таком случае яблоко он присудит Венере. Так поступил трус Парис. Агамемнон бы выбрал Юнону, и был убит Клитемнестрой. Улисс восхищался только Минервой; и так как его супругой была Пенелопа, он восторжествовал над Сиренами, над Калипсо и Цирцеей, избег от действий Полифема и Нептуна, поверг под ноги свои врагов и противников, таким образом вновь завоевав свое брачное ложе и трон.


Поэмы Гомера представляют собой божественные наставления, и их герои воплощают в себе те или иные типажи. Агамемнон и двое Аяксов есть тройное великолепие Силы, Отваги и Сопротивления. Ахиллес - это Гнев, Парис - Наслаждение, Нестор - глаголющий опыт, Улисс - действующий Разум. Его труды есть испытания, коие проходят во время Посвящения, и они вполне соотносятся с испытаниями Геркулеса, однако Геркулес поддался роковой любви и пал жертвой Деяниры. Улисс испытывает наслаждение, обладая Калипсо и Цирцеей, не позволяя им, в то же время, обладать собою; он любит то, что должен, и то, что желает любить; его страна - его супруга, и эта искренняя любовь чрез все проведет его с победой.


Любовь есть величайшая сила человека, но только если она - не плод недостойнешей из слабостей. Человек слаб, когда себялюбив, и силен, когда предан другому. Геркулес обретает у ног Омфалы чувственные удовольствия, и становится их рабом. Своими глазами и честью, своею свободой Самсон платит за вероломные поцелуи Далилы; чтобы вырвать Эвредику из объятий адовых, Орфей не должен был на нее смотреть; поверженный жаждой вновь взглянуть на сию красоту, он поворачивается, и - все кончено, - он более никогда не увидит ее снова.


Так произошло потому, что истинная Любовь не привязывает человека к красоте, что исчезает безвозвратно; красота для любящего вечна, она не может от него убежать, поскольку любящий достаточно силен для того, чтобы сотворять ее. Мудрый любит женщину не потому, что она прекрасна; но он поддерживает ее красоту, поскольку любит ее, и поскольку у него есть веские причины на то, чтобы ее любить.


Животная любовь - дурное предзнаменование. Человеческая любовь есть провидение. Улисс в объятиях Калипсо и Цирцеи не был неверен Пенелопе, поскольку все, о чем он думал, это то, как бы ему убежать от них, чтобы вновь воссоединиться со своей женой; он согрешил лишь против тонкостей любви, и будет наказан за то сыном Цирцеи. Зерно внебрачного деторождения - семя отцеубийства.


Когда нет веры, или хотя бы иллюзии или желания вечности, тогда сексуальная любовь являет собой излишества животного существа или развращенную фантазию. Разврат есть осквернение любви, за коие наказывает природа и мстит раненная любовь. Рано или поздно Дон Жуан встретится с внушающей ужас статуей командора. Но можем ли мы вечно спасаться от сей зловещей любви? Способны ли мы безвозвратно посвятить сердце любви свободной и законной?


Способны, чрез просвещенность и волю; когда мы ведаем, чего должны желать, тогда любим то, что должно нам любить.

 

 

 


 

Примечания:
1. - «Eggrégons» в оригинальном написании.

 


 

 

Глава из книги Элифаса Леви «Парадоксы Высшей Науки»

перевод © Eric Midnight для Teurgia.Org, 2011 год


 

 

Back