Home Французская Оккультная Школа и Мартинизм Жизнеописания выдающихся Мартинистов «Артур Эдвард Уэйт: Революционер Мартинизма», — Брат I.D.V.A.
«Артур Эдвард Уэйт: Революционер Мартинизма», — Брат I.D.V.A. PDF Печать
Французская Оккультная Школа и Мартинизм - Жизнеописания выдающихся Мартинистов

 

Артур Эдвард Уэйт: Революционер Мартинизма

 

 

Артур Эдвард Уэйт известен всем нам как автор первой и лучшей из существующих работ, посвященных Луи-Клоду де Сен-Мартену на английском языке, «Неизвестный Философ: Жизнь Луи-Клода де Сен-Мартена» (1901). Однако никто не может точно сказать, был ли сам автор причастен к Ордену Мартинистов, и стал ли он учредителем собственного Ордена Неизвестного Философа. Такое неведение нисколько не удивительно, поскольку Уэйт ничего не разглашал об этой части своей деятельности.


Впервые Уэйт познакомился с работами Луи-Клода де Сен-Мартена в 1877 году, когда приобрел - всего за один пенни! - экземпляр «Естественной Таблицы» («Le Tableau Naturel») с необрезанными полями. Поначалу он не смог вынести из нее никакой пользы, однако, найдя переведенные на английский язык «Теософские Письма», содержавшие переписку между Сен-Мартеном и Бароном Кирхбергом, наконец, сумел воспринять его идеи и пришел в восхищение. Позже он писал, что это «прекраснейшая переписка, запечатленная в книге, что я когда-либо читал». (А.Э. Уэйт «Тени жизни и мыслей. Взгляд в прошлое в форме мемуаров». 1938, с. 147. Перевод «Естественной Таблицы» появился в 1863 благодаря стараниям Эдварда Бертона Пенни. - прим.) Прекрасно прочувствовав Доктрину Сен-Мартена, Уэйт стал искать остальные его работы, на что ушло двадцать лет. Поиски эти завершились его вступлением в Орден Мартинистов, и были запечатлены в его биографии и критических статьях, относящихся к 1901 году1.


Во время этих поисков Уэйт составил для себя весьма полную картину в отношении Доктрины Сен-Мартена, и стремился поделиться своим вдохновением, которым его наделил «величайший из французских мистиков». Свое личное впечатление о Сен-Мартене он изложил в 1893 году в своей книге «Азот, или Звезда на Востоке», первоначальное название которой -  «Новый Свет Мистицизма». Мистики, исполненные стремлениями, которые «поглощены своей внутренней жизнью, подобно Сен-Мартену, - пишет Уэйт, - вступили на путь жизни и благословения»2,  поскольку, - здесь он цитирует Сен-Мартена, - «человек не обрел себя истинного, если вся временная вселенная не стала для него всего лишь малой аллегорией или притчей, взамен которой должна явиться великая аллегория». Уэйт, увлеченный, в том числе, и спиритизмом, и чей духовный ум был просвещен как внешним трансцендентальным опытом, так и феноменальными доказательствами, полученными из мира мертвых, не мог не разделять смысла этого мистического изречения. «В наше время, когда Доктрина, изложенная Сен-Мартеном, стала основополагающей философией для всех Мистиков, принятие ее является первым шагом на пути Мистицизма»3.

Здесь Уэйт обращается непосредственно к Христианскому Мистицизму, несмотря на то, что был прекрасно осведомлен о необычной и неортодоксальной манере изложения пути Христианского Мистика, присущей Сен-Мартену.

По прошествии многих лет, когда Уэйт начал следовать своему собственному Мистическому пути, отдельному от Сен-Мартена, представлявшему собой в высшей степени индивидуальную форму Розенкрейцерства, он напишет, что Христианская Жизнь, описанная Сен-Мартеном, - это новая жизнь, которую мы постигаем, и порождаем в самих себе. Кроме того, она, - как описано в других источниках, - является восстановлением качеств, потерянных человеком, перешедшим в свое падшее состояние4.

Очевидно, что Уэйт поддерживал Доктрину Реинтеграции и Восстановления Сен-Мартена, считая изложенные в них идеи главенствующими для Мистического Пути. Уэйту более чем импонировало отторжение Сен-Мартеном Ритуалов и Церемоний для пробуждения Мистического сознания в человеке, и в некотором роде он поддержал его.


Некогда Уэйт был послушником в Католической церкви, и был не только знаком с великолепием Римско-Католической Литургии, но также принимал в ней непосредственное участие. Вступив в Эзотерический мир, будучи посвященным в Храм Исиды-Урании Герметического Ордена Золотой Зари в 1891 году, он с легкостью и непринужденностью, охотно принимал Участие в Орденских Церемониях5. Но все то время, что Уэйт провел в изучении Каббалистической системы Золотой Зари, он не забывал о Сен-Мартене.

В середине 1890-х годов Уэйт стал редактором нового Эзотерического журнала «Неведомый Мир», посвященного Оккультным наукам, Магии, Мистической Философии и многому другому. В 1894 в журнале появилось краткое эссе о Сен-Мартене, написанное самим Уэйтом. Эссе выдержано в беспристрастной манере и не лишено критичного подхода. В нем Уэйт признает Сен-Мартена «истинным провидцем» среди Мистиков Французской революции, однако отмечает, что «Сен-Мартен основал школу галльского просвещения, откуда произошел Мартинистский Масонский Устав, до сих являющийся лишь его показной инсценировкой». Странно было бы ожидать от потенциального члена Ордена Мартинистов такого отношения. И все же, в течение двух лет Папюс и Джон Яркер, бывший его представителем в Англии, испытывали к Уэйту благодарность и большое уважение.

Катализатором стала афера французского журналиста Габриэля Жогана-Пажеса, писавшего под псевдонимом Лео Таксиль. Таксиль выдумал мифический сатано-Масонский Орден, Палладиум, в котором мораль попиралась абсолютно, который имел сношения с демонами и подрывал деятельность Римско-Католической Церкви. Беллетристика Таксиля публиковалась раз в месяц, ее содержание потакало страхам и предубеждениям доверчивой Католической церкви и задевало французских Масонов. Кроме того, Таксиль нападал на Английское франкмасонство, в особенности на Степени, относящиеся к Маргинальному Масонству, а также на Орден Мартинистов.

В пределах Англии Уэйт стал величайшим защитником этих ветвей. Не являясь ни Масоном, ни членом Ордена Мартинистов, он был весьма рассержен несправедливой клеветой Таксиля, и с блеском низложил весь его вздор, предприняв против него массированные атаки в ряде статей, опубликованных в журнале «Свет», а также в своей книге, где представил Таксиля лжецом, а церковь - организацией преступно доверчивой. Он превозносил Папюса за «его выступления по поводу обмана, возведенного через Палладиум» (См.   критическую   статью   на   английский   перевод   «Цыганского Таро»6,  а  также за его благородство, потому что «только человек, обладающий великодушием мистика,  может благожелательно  говорить об увлеченном ханже [Антуане Дуанеле],  предавшем свое дело, скомпрометировавшем школу, которую представляет»7. Не только Папюса Уэйт очистил от клеветы Таксиля, но также указал на ложь, которую представляли собой фантазии на тему ритуалов и Орденов Яркера. Папюс и Яркер не замедлили выразить свою благодарность Уэйту.

Яркер  опубликовал несколько лестных рецензий на «Дьяволопоклонничество во Франции», характеризуя эту книгу как «важную, академическую и беспристрастную», а об Уэйте написал, что, «хотя он и не Масон, Франкмасонство попало в хорошие руки, и весьма обязано ему». (См. рецензию в журнале «Франкмасон» от 31 октября 1896, а также статью Яркера о «Франкмасонстве и Дьяволопоклонничестве» в «Хрониках Франкмасонства» от 14 ноября 1896).

Яркер, начавший в то время вести активную деятельность по основанию новых Лож Ордена Мартинистов в Великобритании, выразил свою признательность, начав   переписку с Уэйтом, которая должна была привести в итоге к его посвящению.


В одном из первых своих писем  Яркер рассказывает Уэйту, как он может стать Мартинистом8.

«В Масонской ветви Ордена Мартинистов я встретил возражения по поводу принятия не Масона, что оказалось бы неудобным как для вас, так и для нынешних членов. Однако это не должно стать помехой   для   меня и Ордена в отношении решения насчет вас, поскольку я получил посвящение от не Масона, Барона Сурди из Праги. Устав содержится в четырех частях, и я отправлю вам первую, как только вы напишите мне краткое обещание всецело выполнять осуществление передачи. Как только вы перепишете этот [ритуал] и возвратите [его] мне, я отправлю второй, а затем третий, конечно, с учетом вашего краткого обязательства. Тогда вы сможете на собственное усмотрение формировать не Масонскую ветвь, и когда ваша деятельность станет достойной моего упоминания, вы сможете получить Хартию от «Папюса» на создание Лондонского отделения».

Уэйт принял все условия и поблагодарил Яркера, «в особенности за предоставленную честь, которую вы оказали мне, выдвинув свое решение насчет Ордена Сен-Мартена. Тот факт, что я не являюсь Масоном, делает эту честь еще более исключительной, и оттого я ценю ее еще больше. Я полностью принимаю на себя обязательства, предъявляемые к кандидату, тем самым, обещая никогда не раскрывать имени моего Посвятителя кому-либо, или же каким угодно образом называть его публично. Я с большим интересом прочел рукописи, содержащие первые две части Устава, тщательно подошел к их расшифровке, и возвращаю их вместе с этим письмом. Буду ждать получения третьей части. Полагаю, что принесу пользу, поскольку постараюсь предпринять активную деятельность по привлечению к Ордену Оккультистов, не являющихся Масонами»9.

Уэйт оставался верен своим Обязательствам, и ни разу не раскрыл имени своего Посвятителя, Яркера, и он жил в соответствии с данным им обещанием  распространять Доктрину Ордена, пусть даже только несколько лет спустя. Как оказалось, он достиг даже большего, чем Яркер,   поскольку, похоже, что вся Мартинистская деятельность Яркера осуществлялась по почте. Члены его Ложи в Манчестере, означенной Папюсом под номером 45, были рассеяны по всей стране, однако нет никаких свидетельств, которые подтверждали бы, что они собирались как Ложа. Двумя годами позже, в 1899 году, Яркер основал Великий Совет в Англии. Данное отделение обладало санкцией Высшего Совета Парижского Ордена Мартинистов, однако, похоже, что и эта Ложа никогда не собиралась10.

Не прибегая к практической деятельности, Уэйт распространял Доктрину Мартинизма с помощью своих сочинений. Его тщательные изыскания о Сен-Мартене и его работе, «Жизнь Луи-Клода де Сен-Мартена» и «Неизвестный Философ и сущность его Трансцендентальной Доктрины», которые стали первыми в Англии работами, посвященными Сен-Мартену, вышли в свет в 1901 году, и Уэйт отправил их Папюсу, который был весьма впечатлен, и написал о трудах Уэйта крайне добродушный отзыв для журнала «Инициация» (L’Initiation). Приятный сюрприз ожидал Уэйта в заключительной части отзыва: «Поздравим же Мсье А.-Э. Уэйта, который (ad honorem)11 своих прекрасных работ может быть назван доктором Герметизма».


Вопрос о присуждении Уэйту докторской степени в области Герметизма уже обсуждался между ними, когда Папюс попросил его прислать еще один экземпляр книги (возможно, предназначавшийся для Седира, который впоследствии превозносил ее в статье «Человек Желания», опубликованной в журнале «Инициация»). Уэйт был обрадован тем, что Папюс одобрил его книгу, и был польщен присуждением ему докторской степени, о чем писал Папюсу в письме от 25 мая:

«Я получил искреннее удовольствие, когда узнал, что у вас сложилось хорошее впечатление о моей книге. Ни одно другое мнение так много не значит для меня, поскольку вы сведущи в области проведения такой заслуживающей восхищения работы, и сами проводили деятельность в этой области. Пожалуйста, примите мою величайшую благодарность за принятое вами решение присудить мне Докторскую степень от лица Герметической Школы. Я высоко ценю вашу награду. Я также надеюсь, что мое прошение о вступлении в Каббалистический Орден Розы†Креста будет успешно принято под   действием вашей великодушной поддержки. Благодарю также за данное вами обещание выслать мне ваш отзыв о Сен-Мартене, который я буду крайне рад увидеть»12.

Как и было обещано, отзыв, как и Диплом, были получены Уэйтом, однако он не был допущен в Каббалистический Орден Розы † Креста. Не потому, что Мартинистская и Розенкрейцерская верительные грамоты Уэйта были сомнительными, - в конце концов, он был Адептом R.R. et A.C., а в 1899 году Папюс посвятил его в Степень S.'.I.'., и сделал его «Вольным Посвятителем». Причина, скорее всего, кроется в расколе, возникшем в среде Мартинистов.

Не только Папюс произносил хвалебные слова в адрес книги Уэйта. Ж.Р.С. Мид настоятельно рекомендовал ее к прочтению, однако, он замечает, что Уэйт, пусть и придерживался учтивого тона, но высказывал противоположную Нео-Мартинистским кружкам во Франции точку зрения, и обращался к обладающему неизменной значимостью трансцендентализму Неизвестного Философа, даже больше, чем к преходящему и вызывающему множество вопросов раннему периоду жизни Сен-Мартена, когда он находился под влиянием Мартинеса де Паскуалли и его практик. («Теософское Обозрение» от 15 июня 1901, с. 377).

Мид не стал упоминать о тонком намеке Уэйта о том, что как ученый, он должен вызывать больше доверия, нежели Папюс, поскольку читатели «должны принять во внимание, что касательно исторических вопросов критерий наличия доказательств не так досконально соблюдается во Франции, как в Англии». («Жизнь Луи-Клода де Сен-Мартена», с. 459)

В действительности, стоит задаться вопросом, по какой причине Уэйт был настроен неблагосклонно к Церемониям Мартинизма, в то время как проводил все более и более активную работу в области практической Эзотерики. В 1901 году он был посвящен в Франкмасонство, и в течение недолгих лет в нескольких Масонских и квази-Масонских Орденах был весьма скоро возвышен, продвинут, допущен, инсталлирован и принят, и занимался руководством значительной части Ордена Золотой Зари. Не ради коллекционирования Степеней, но имея в виду великие цели. И чтобы понять, в чем эта цель состояла, нам следует узнать, что Уэйт подразумевал под «Тайной Традицией».
Его понимание «Тайной Традиции» прекрасно выражается в Независимом и Исправленном Уставе Золотой Зари. Этот новый Устав отличался от изначального Ордена Золотой Зари и от Ордена Утренней Звезды (Stella Matutina) Фелкина тем, что исключал занятия Практической Магией, и подчеркивал значение, Христианскую сущность, а также Розенкрейцерские идеалы Ордена. Такой подход был совершенно гармоничен с метафизическими воззрениями Уэйта, - свою «Тайную Традицию» он определял как «древнее знание, содержащее путь возвращения человека туда, откуда он исшел, посредством внутренней жизни». Мартинизм входит в очевидное и яркое созвучие с «Тайной Традицией» Уэйта, которая содержала в себе как «воспоминания о том, что было утеряно падшим человечеством ... так и материалы по восстановлению того, что было утеряно». Более того, хранители этой традиции «увековечили Тайну с помощью Учрежденных Мистерий и тайных записанных трудах», которые безотносительно своей формы свидетельствуют о:

а) вечной природе утерянного,
б) уверенность в восстановлении того, что было утеряно,
в) вечности существования утерянного во времени и в мире, пусть оно и глубоко сокрыто,
г) и наименее часто о его вещественном пребывании в сокрытом виде вблизи каждого из людей.

В своих опубликованных книгах и статьях Уэйт был рад определять и описывать Тайную Традицию, однако не говорил о духовных практиках, предоставивших бы возможность достижения «вещественного присутствия» утерянного, оставляя их для членов Уставов и Орденов, которыми он руководил, контролировал или поддерживал посредством «Тайного Совета Уставов», учрежденного исключительно для единственной цели13.

В то же время он разорвал отношения с Папюсом, несмотря на то, что поддерживал свою личную привязанность к нему по совету Блица, главы «Американского Исправленного Устава Ордена Мартинистов». Блиц сам отделился от Папюса после публичной перебранки с ним из-за нарастающего беспокойства во французских Масонских кругах по поводу квази-Масонской деятельности Ордена Мартинистов. Уэйт, однако, не порвал с Мартинизмом.

Целью Тайного Совета Уставов Уэйта было «побуждение и поддержка Мистического Стремления, в особенности во Франкмасонстве, в отношении Великой Работы Реинтеграции с Центром, или Союза с Божественным как Высшая Цель всех изысканий». Даже несмотря на то, что его Совет предполагался быть тайным, Уэйт был уверен, что избежит осуждения со   стороны Масонства, осмотрительно уходя от «любого отождествления с общественными или политическими движениями». Существовало одиннадцать отдельных «Исправленных Оккультных Орденов и Масонских Уставов», каждый из которых соответствовал одной из Сефирот (включая Даат) Древа Жизни. Первым из них был «Независимый и Исправленный Мартинистский Устав», который был «отнесен к Малхут», и был разработан как невод, затягивающий остальные Уставы, в особенности те из них, что относятся к «Срединной Колонне». Однако, несмотря на то что Устав был разработан, в его невод не был пойман ни один человек ни мужского ни женского пола, до тех пор пока он не вступил в действие двадцать лет спустя. Тем не менее, Уэйт в действительности приложил свою руку к разработке Ритуалов Независимого и Исправленного Мартинистского Устава. К каждому из них он написал предваряющие комментарии, которые излагали его собственную версию об истории и цели Мартинизма, в общем, и его собственного Устава, в частности. Таким образом объясняется и легитимность Исправленного Устава в примечаниях к Первой Степени.


«Исправленный Мартинистский Устав происходит от раннего Французского Устава, чья деятельность и оказанное впоследствии влияние во Франции были значительны, а также распространились на другие страны мира. Его появление произошло путем объединения двух способов преемственности. Во-первых, путем прямого Посвящения и аффилиации со всеми Степенями через автономный Английский центр, согласно способу распространения, изначально применявшемуся Орденом. В силу данной аффилиации Верховный Высший Исправленного Мартинистского Устава обладает полной властью присуждать все Степени Устава по своему усмотрению. Во-вторых, Верховный Высший, будучи Руководителем, обладает Хартией на Передачу от Верховного Совета Ордена Мартинистов во Франции, а также властью присуждать Степени, невзирая на условия и ограничения, кроме основополагающих Законов, которые являются общими для всего Ордена. Таким образом, преемственность Исправленного Мартинистского Устава не подлежит обсуждению, и необходимо принять это как факт, потому что, во-первых, Английский Орден не только автономен, но также давно разорвал официальную связь с Руководящим Отделением во Франции, и во-вторых, потому что Степени Английского Ордена являются лично разработанными его Руководством, в присущей ему одному манере, и в том числе Исправленный Орден [sic] руководствуется собственными Законами, которые распространяются на прошедших аффилиацию членов. По этой причине Английский Орден называется Исправленным Мартинистским Уставом».


В заключительной части введения утверждаются цели Исправленного Устава:


«Вечный смысл Мартинизма заключен в том, что выдающийся Французский Мистик беззаветно посвятил себя высшему объекту исследований, заключенных в осуществлении связи между Богом, человеком и Вселенной, в единстве внутренней сущности.
Суть Трех Степеней, составляющих Устав, такова:

Первая Степень является Посвящением, которое проводится, говоря символическим языком, как будто бы на крыльце Храма. Вторая Степень - Ритуал Вхождения во Храм, или Церемония Порога. Символически она проходит в Дверях Храма. Третья Степень заключает в себе Искусство Передачи, или Вручением Полномочий, связанное с особым Посвятительным Законом. Этот тайный патент дает право на учреждение Ордена в соответствии с конституцией новых Посвятительных центров, находящихся в подчинении у Тайного Совета Уставов.

Тайный Совет Уэйта окончательно обрел плоть и кровь в 1922 году, когда он возобновил свою работу по распространению работ о Сен-Мартене в обществе14. Независимый и Исправленный Мартинистский  Устав был снова представлен как «невод» для всех Уставов и Степеней под контролем S∴C∴R∴, однако теперь Устав действительно проводил Посвящения и собрания.

Будучи названным «Орденом Неизвестного Философа», с Уэйтом в качестве «уполномоченного Представителя и Вестника Неизвестных Философов», Независимый и Исправленный Мартинистский Устав, наконец, начал свою работу15. Протоколы десяти собраний, проведенных в период с 6 декабря 1922 года по 18 Марта 1924, включают в себя список из сорока участников, как мужчин, так и женщин. Уэйт и еще тринадцать участников рассматривались как ab initio16, остальные были посвящены в Первую Степень17. Не было никаких записей о работе во Второй и Третьей Степени, и, вероятно, больше собраний не проводилось.
По той причине, что все члены Уэйтовского Мартинистского Устава уже входили, или вошли впоследствии, в Братство Розового Креста, есть основания полагать, что Устав вошел в структуру Розенкрейцерского Ордена. Для чего тогда Уэйт создавал Орден Неизвестного Философа, для чего он писал Ритуалы для Ордена, если идея Мартинизма была для него важнее, чем его Церемониал? К этому вопросу мы можем добавить следующий: «Обладали ли Мартинистские Ритуалы Уэйта духовным значением?» Для начала нужно ответить на данный вопрос.

Ритуалы остались целыми и неповрежденными, несмотря на то, что никогда не были представлены вниманию общественности, и не будут, до тех пор, пока они находятся в моей собственности. Но краткие выдержки из них дадут понять, чего именно хотел добиться Уэйт. Индивидуальный характер поисков, присущий Мартинизму, подчеркивается им еще в самом начале:

«Великое Исследование должно проводиться в пределах его собственного внутреннего неведомого мира, и ни одному человеку не дано познать глубины и высоты сердца другого». (I, с. 2)

Посвятитель также объясняет Кандидату:

«Целью нашего Ордена не является воспитание догматичных учителей и управленцев, но напротив, мы стремимся воспитать скромных и набожных исследователей тех Божественных Тайн в Человеке и Природе, с помощью которых мы далее будем приведены к Посвящению в Высочайшие Тайны, не проявленные во внешнем мире, и находящиеся за завесой, или же в тайны мира времени и пространства. Орден не намерен разъяснять таинства и давать руководство к тайным вещам, но стремится подготовить его участников к великому Посвящению и настоящему знанию, наставляя их на путь того просвещения, которое единственное может привести человека к истине». Уэйт заключает данные положения в двух максимах, которые являют суть Веры Неизвестных Философов: «Тайна Бога обитает внутри нас, и Путь к Богу - также Внутренний Путь».

Отсюда можно на полных основаниях заключить, что Ритуальные работы имеют только поверхностное значение, и должны рассматриваться исключительно как маски глубокой и интенсивной внутренней деятельности. Действительно, в другом месте Уэйт указывает, что Маска Ордена - это отчуждение от внешнего мира, чтобы новопосвященный мог «открыть себя себе». Подобно тому, Мантия «призвана научить нас, что есть истинный и действительный смысл в том, чтобы для своего Духовного развития Кандидат научился одиночеству».

Цель этого особого воздействия Ритуала Уэйт также указывает: «мы должны вступить на прямой путь, который позволит нам найти Короля в его Красоте». Сущность способа достижения этой цели можно выразить даже более кратко, чем это делает Уэйт:
«Осознание существования человеческого Братства не может обойтись без осознания идеи самопожертвования. Радость, которая приходит от понимания общности, даже при условии принесения в жертву интеллектуальной индивидуальности, на внешнем плане составляет заключительную цель Посвящения. ... Возвращение в единство, совершенствование, обретаемое посредством работы над собственным спасением ради и через спасение своих братьев, до тех пор, пока все, что было разделено, не перейдет от анафемы и разобщенности к абсолютному и всеобщему единению. Тогда Бог проявится в общем сознании нашего восстановленного естества, так как Бог должен быть Всем во Всем».

Или, как сказал бы я: «Любите Бога, и любите ближнего своего, как самого себя». Несмотря на свою многословность, Ритуалы Уэйта обладают своеобразной силой и великолепием, которые возможно осознать исключительно на практике. То же самое верно и для его книг, посвященных Тайной Традиции. Они объемны и трудны, однако, пройдя их от начала до конца, читатель с открытым сердцем поймет, что вспахал бразду, ведущую прямо к Богу, то есть достиг цели, которую всегда преследовал Уэйт. Возможно, это понимание будет отличным от их понимания, присутствующего на материальном плане, что и составляет основную и неизреченную цель Мартинистских Ритуалов Уэйта.
Уэйт не нуждался в Ритуалах и Церемониях, которые дополняли бы его собственные, проводимые в Братстве Розового Креста, и он ясно дает это понять в своих сочинениях, посвященных Сен-Мартену, где полностью разделяет ответ Сен-Мартена в его знаменитой беседе с Мартинесом де Паскуалли. В «Новой Энциклопедии Франкмасонства» Уэйт описывает ее так:

«В момент, когда два чуждых друг другу пути жизни, мысли и исканий разделились, однажды и навсегда, Луи-Клод де Сен-Мартен сказал Мартинесу де Паскуалли: «Учитель, неужели все это необходимо, чтобы найти Бога?» Адепт Трансцендентального Масонства и Практического Оккультизма ответил: «Мы должны довольствоваться тем, что мы имеем»; я всегда ценил эту достопамятную фразу как максиму, чьи сила и утверждение пребывают постоянно в каждодневном течении нашей жизни, и постоянно существуют в мысленной сфере». (Том. II, с. 392).

Все Ритуалы Уэйта направлены на обретение нашего внутреннего Королевства. Они явно и в высшей степени наполнены Духом Христианства. Вслед за Сен-Мартеном Уэйт отказался от Теургии Мартинеса де Паскуалли, и, вероятно, поступил наилучшим образом, поскольку он никогда не участвовал в Ритуалах Папюса, исполняемых  в материальном мире, как в Ложе, так и за ее пределами, в группе или самостоятельно. Из этого следует, что Уэйта не сковывало слепое повиновение пред лицом неизменных Церемоний, которые были непригодны вне эпохи, в которой они были созданы. Он оставался гибким, чтобы Орден всегда был верен своим Христианским идеалам: в него не вторглись и не исказили иные не Христианские, или даже анти-Христианские духовные пути.

Он знал то, о чем мы, пожалуй, порой забываем: Ритуалы и Церемонии созданы человеком, и мы, а не Бог, надели на себя смирительные рубашки. Равно как знал, что Мантии и регалии, - в конечном счете, не что иное, как обычная мишура. Что-то, что они символизируют, является вопросом существенным, и нам не должно забывать, что прекрасные перья не всегда делают птиц прекрасными. При этом Уэйт не заботился о напыщенных иерархических структурах, видя в них исключительно склонность к саморазрушительному разногласию, исходящему из звания, старшинства и родословной.


Уэйт рассматривал Мартинизм как религиозную практику, направленную на одну-единственную цель. Ритуалы и Церемонии, которые для нас доступны, являются просто внешним выражением нашего внутреннего пути по возвращению к нашему создателю, Богу. Для него, как и для всякого Мартиниста, Бог выражен абсолютно и исключительно во Христе. А так как существует одна-единственная цель, то вся практика может быть заключена в одну Степень. В карандашных заметках, сделанных на его рукописи, содержащей Ритуалы, относящейся к 1923 году, Уэйт заключил, что его Устав должен состоять из одной Степени, придерживаясь позиции Апостолов Единства, чтобы привлечь в их круг тех, кто согласен с концепцией Единой Жизни. Должны ли мы следовать его примеру, и действительно можем ли мы отделиться от очарования Оккультизма и Магии, я не могу сказать. Но мы можем попытаться.

На этом я закончу. Я знаю, что не стал придерживаться рассмотрения работы Уэйта в пределах его Розенкрейцерских трудов, однако здесь одно не может быть отделено от другого. При этом я не разгласил для вас достаточно строк из его Мартинистских Ритуалов, не передав всех, присущих им особенностей. Вы можете мыслить совершенно иначе, чем Уэйт. Его и мои слова, если они что-либо значат, могут звучать для вас, как анафема. Но повторю, что для Уэйта путь, проложенный Луи-Клодом де Сен-Мартеном, был просто восстановлением того пути, по которому мы отпали от Бога. А также, во Славу Господа Нашего Иисуса Христа, нашим путем возвращения к нему.

 


Примечания:


1. - А. Э. Уэйт «Тени жизни и мыслей. Взгляд в прошлое в форме мемуаров». 1938, с.
147. Перевод «Естественной Таблицы» появился в 1863 благодаря стараниям Эдварда Бертона Пенни.
2. -  «Жизнь Луи-Клода де Сен-Мартена, Неизвестного Философа, и Сущность
его Трансцендентальной Доктрины». Филлип Веллби, 1901.
3. - с. 20
4. - с. 28.
5. - «Путь Божественного Единства» (1915), с. 178
6. - Магическим девизом в Ордене Золотой Зари Уэйта было «Sacramentum Regis Abscondere Bonum Est». Согласно архивным документам Ордена, в списке он числился под 99-м номером.
7. - См. критическую статью на английский перевод «Цыганского Таро» («Свет», 8 августа 1896 г).
8. - «Дьяволопоклонничество во Франции (1896), с. 185.
9. - Письмо от 5 февраля 1897. Письмо Яркера поначалу принадлежало Джеффри Уоткинсу, после чего перешло во владение к его сыну. Письмо Уэйта находится в моем распоряжении. - прим.
10. - Членами Ложи Яркера были Уэсткотт, Фредерик Холланд, Фердинанд Шнитгер, Р.С. Браун и Джордж Диксон, весьма известные в Эзотерических кругах и среди членов Маргинального Масонства. - прим.
11. -
Ad honorem - «в честь». - прим. перев.
12. - Оригинал данного письма находится в Лионском архиве рукописей. Копия была великодушно предоставлена мне стараниями преподобного Робера Амаду. - прим.
13. - В Тайный Совет Уставов входили только Уэйт, М.У. Блэкден и Роберт Палмер Томас. Он был «учрежден 2 декабря 1902 года», но формального устройства не имел вплоть до мая следующего года. Значительное влияние на него оказал Шотландский Исправленный Устав, в который Уэйт был принят в Женеве в 1903 году, где стал Благодетельным Рыцарем Святого Града. - прим.
14. - В 1921 году Уэйт посвятил двенадцать страниц своей «Новой Энциклопедии Франкмасонства» Сен-Мартену, шесть страниц Мартинесу де Паскуалли и его Уставу Избранных Коэнов. В следующем году он опубликовал великолепную краткую монографию «Сен-Мартен: Французский Мистик, и История Современного Мартинизма». - прим.
15. - Во главе Ордена стояли Уэйт и три члена Братства Розового Креста (Розенкрейцерского Ордена, основанного в 1915 году), Элвин Лэнгдон Коберн, Гораций Гиффорд Берроуз и Мэри Риз, которые были уполномочены «открыть Тайное Святилище Священного Ордена, а также работать и осуществлять в нем передачу Независимых и Исправленных Степеней, согласно Законам Ордена и утвержденному Регламенту, которые они должны будут со временем составить». - прим.
16. - Ab initio – «от начала», лат. - прим. перев.
17. - Трое из членов изначально принадлежавших к Ордену, впоследствии оставили его, по всей вероятности, уйдя в отставку, а не будучи изгнанными. Это были Дж.С.М. Уорд, Мисс Джесси Пэйдж и Мисс А.М. Локвуд. - прим.




 

© Брат I.D.V.A.

Перевод © Eric Midnight, для журнала «Пламенеющая Звезда» № 2, от 5 ноября 2010 г.

 

 

Back