Первая часть, Пятая Глава, Прекращение работ Великой Ложи — Жан-Мари Рагон

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ

 

МАСОНСКАЯ ОРТОДОКСИЯ

 

 Глава V

 

Прекращение работ Великой Ложи

 

Неизвестные органу управления изгнанные братья, пускай провокаторы и виновники скандала, не представляются теперь непонятыми и не рассматриваются таковыми по мере того, как тайно собираются в предместье Сент-Антуан, чтобы злоупотребить узурпированной властью. 1770 год, 28 февраля. Изгнанные братья активно продолжают свои тайные работы, чем обеспокоены члены Великой Ложи. Они предпринимают бесполезное обращение к заместителю начальника полиции, чтобы получить позволение на свои собрания, приостановленные в 1767 году. Тем не менее, в этот день созывается общее совещание, но малодушие большинства членов мешает ему состояться; на нем появляются несколько бывших братьев, но, найдя его малочисленным, они удаляются. Продолжается сон Великой Ложи в пользу ее противников, для которых хороши любые средства достижения успеха.

1771 год, 15 июня. Смерть Великого Мастера принца де Клермона (1). Это событие кладет конец апатии Великой Ложи. Она собирается. Но ее ассамблеи проходят, исходя из планов по реорганизации, и в бесполезных прениях. Она видит только себя одну, и благодаря виновной инертности, когда нужно действовать в общих интересах Ордена, она предоставляет более воодушевленным диссидентам заботу оказать реальные услуги общему делу.

16 июня. На следующее утро после смерти изгнанные братья, к которым мало-помалу присоединились в большом количестве выдающиеся масоны, уставшие от бездействия Великой Ложи, и при содействии глав капитулов и советов, желавших отмстить за направленные против них декреты, добились своего признания, становясь неотъемлемой частью образуемой организации. После полученного одобрения они находят доступ к герцогу Люксембургскому, вполне благовоспитанному масону, и ходатайствуют о его поддержке, дабы получить от герцога Шартрского согласие на назначение, которое они желали сделать от S. A. S., великим магистром Ордена во Франции. Прошение было принято. На этой встрече изгнанные братья обретают силу возле герцога Люксембургского. Они ему умело доказали, что в интересах Ордена было, чтобы герцог Шартр ский объединил два магистерия для сосредоточения всех масонских действий под единой властью. Герцог соглашается с этими доводами: в этом смысле и было составлено согласование.

21 июня. Изгнанные братья, принесшие обязательство одобрения великого магистерия герцогом Шартрским, представляются Великой Ложе, собранной на генеральной ассамблее, и ставят условием передачи этого согласования рапорт по декретам от 5 апреля и 14 мая 1766 года, поражавшим их изгнанием, и пересмотр всех действий, происшедших в их отсутствие. Эти условия приняты.

24 июня. Великая Ложа, собранная на генеральную ассамблею, проводит избрание Великого Мастера, и герцог Шартрский единодушно именуется Великим Мастером французского Масонства и суверенным Великим Мастером всех советов, капитулов и шотландских лож Франции. Таким образом, этот принц наследует и союз двух магистериев действовал по праву объединения двух составных частей.

20 июля и 9 августа. Амнистированные братья, сообщившие о злоупотреблениях, хищениях и нарушениях, совершенных в управлении Великой Ложи, просят назначения следственной комиссии, облеченной представить план для устранения нестроений, поразивших французское Масонство. Великая Ложа назначает восемь комиссаров, уполномоченных ей по данной проблеме, обязуя их составить ей отчет.

14 августа. Для регулярности работ лож составлены правила, публикуемые под названием: Статуты и регламенты весьма достопочтенной Великой Ложи Франции, как для ее управления, так и для управления регулярными ложами, касающиеся их отношений с ней, установленные совещанием вышеназванной Великой Ложи от 14 августа 1771 года, дабы быть исполненными и соблюдаемыми, исходя из обозначенного дня (in-8 de 55 pages).

10 сентября. Долгое время конституции выдавались масонами всех партий большинству лож во Франции; другие отправлялись изгнанными братьями; и третьи — Шэйу де Жуанвиллем, де ла Шоссе (de la Chauss e)
(см. его оправдательные воспоминания) и пр. от имени Великой Ложи в период прекращения ее работ; она принимает постановление, согласно которому все ложи Франции обязаны возобновить свои конституции, и только в этом случае все существующие конституции будут предоставлены в ее секретариат на рассмотрение шести комиссаров, дабы их завизировать и установить наличие лож.

17 октября. Циркуляр Великой Ложи, объявляющий избрание герцога Шартрского в достоинство Великого Мастера и его одобрение. Не предвидя событий, она уведомляет ложи, что инсталляция Великого Мастера должна иметь место в конце нынешнего ноября (1771 год) (она произошла лишь 28 ноября 1773 года, но в другой составной части) и она приглашает их присутствовать через своих депутатов на этом торжестве. Она делится в то же самое время замыслом по написанию Общей истории масонского Ордена во Франции, запрашивая сведения у своих подопечных (это произведение не было осуществлено).

17 декабря. Учреждение двадцати двух великих провинциальных инспекторов, обязанных посещать все ложи королевства, поддерживая в них исполнение правил, вменяя им в обязанность составлять протоколы своих действий, дабы предоставлять об этом отчет в Великую Ложу в собрания сообщений с региона. Срок этих обязанностей установить в 3 года.

1772 год. Этот год станет памятным в масонской летописи Франции. Состояние инертности, в котором оказалась Великая Ложа Франции благодаря своей робости, недостатку согласия и общности между ее ставшими малочисленными членами, предоставило слишком много времени ослаблению масонских работ и завершилось недовольством, разочарованностью и беспокойством здоровой и большой части французских масонов, желавших лучшего состояния вещей, способного избавить установление от всегда возрастающей анархии. Уже становится очевидным, что эта апатия Великой Ложи и разногласия, ее терзающие, вскоре дадут рождение новой замечательной эре Франкмасонства.

Январь. Восемь комиссаров, назначенных 26 июля с полномочиями пересмотра действий Великой Ложи, провели конференции, продолженные с многочисленной партией, которой откровенно покровительствовал великий генеральный администратор герцог Люксембургский; речь шла, по крайней мере, как об удовлетворении обещания достаточно обширного мандата Великой Ложи, так и использовании секретных средств в уничтожении ее полномочий. Начинается заговор.

18 июня. В этот день генеральный администратор на заседании под его руководством передает на хранение два важных документа: первый от 5 апреля — одобрение великого магистерия герцогом Шартрским; другой от 1 мая — относящийся к полномочиям, которыми был облечен герцог Люксембургский последним почившим Великим Мастером и благодаря которым он сообщает посвящение новому Великому Мастеру.

Дословная копия одобрения: «В год великого света 1772, в 3 день луны Жиар (Jiar), 5 день 2 месяца масонского года 5772 и от Рождества Мессии в 5 день апреля 1772 года, в силу провозглашения, совершенного в Великой Ложе 24 дня 4 месяца масонского года 5771, высочайшего весьма могущественного и превосходнейшего принца S. A. S. Людовика-Филиппа-Иосифа Орлеанского, герцога Шартрского, принца крови, ВЕЛИКИМ МАСТЕРОМ всех регулярных лож Франции и объявления императоров Востока и Запада возвышенной Материнской Шотландской Ложи от 26 луны Элула 1771 суверенным Великим Мастером всех советов, капитулов и шотландских лож Великого Шара Франции, служения которые вышеуказанный A. S. соблаговолил принять ради любви к королевскому искус-
ству, и дабы сосредоточить все масонские действия под одной властью.

С верой в него вышеназванный A. S. подписал протокол одобрения. Подпись: Людовик-Филипп-Иосиф Орлеанский».

Текстовая копия не менее любопытного протокола герцога Люксембургского:

«Мы Анна-Карл-Сигизмунд де Монморанси-Люксембург, герцог
Люксембургский и Шатийона-на-Луаре, пэр и первый христианский ба-
рон Франции, бригадир королевской армии и пр.

«Облеченный покойный S. A. S. весьма досточтимым и весьма знаменитым братом графом де Клермоном, Великим Мастером всех регулярных лож Франции, всей полнотой его власти; не только для правления и руководства всем Орденом, но и для самой блестящей обязанности посвятить в наши мистерии весьма досточтимого и весьма знаменитого брата Людовика-Филиппа Орлеанского, герцога Шартрского, призываемого затем желаниями всего Масонства к верховному правлению; Подтверждаем, что получили в нашем качестве генерального администратора письменное одобрение принца; таким образом, повелеваем Великой Ложе Франции оповестить об этом все регулярные ложи, чтобы принять участие в сем великом событии и объединиться с нами в том, что сможет послужить для славы и блага Ордена.

Дано на нашем Востоке, в год луны 1772 и профанической эры 1 мая 1772, скреплено печатью с нашим гербом и заверено одним из наших секретарей.

Подпись: Монморанси-Люксембург. За монсеньора подписал: д’Отес сен». Заговор продолжается: амнистированные братья, движимые либо возмездием, либо духом инакомыслия, зачастую продолжающегося во многих фракциях организации, состав которой прекращает быть однородным, добросовестно последовали за развитием начинающейся революции, которую они поощряли всеми своими усилиями. Со своей стороны, восемь комиссаров, к которым присоединяются мастера ложи, депутаты, Совет императоров Востока и Запада, как и Совет рыцарей Востока, продолжают свои тайные совещания; заседания проходят в отеле Шольна на бульварах (de Chaulnes sur boulevarts). Лаланд сообщает, что они были очень многочисленными и хорошо подготовленными (Исторические воспоминания о Масонстве). На этих конференциях теряется из виду, начиная от принципа, особая цель собраний и границы мандата, полученного от Великой Ложи; идея общей реорганизации, пропагандируемая открыто герцогом Люксембургским, соблазнила все умы; коренное и приближающееся изменение представлялось неизбежным.

Великая Ложа еще вполне обладает почтением к себе, как масонской организации, обязанным древности своего происхождения; но ее власть с каждым днем уменьшается в пропорции, равной заблуждениям, которые она продолжает вводить или которым не может больше сопротивляться; крайне необходимы новое имя и новый орган, чтобы подчинить хаос; не будет удивительным увидеть это сообщество перед своим полным разрушением, исчезающим, затем угасающим перед новой юной и крепкой властью, которая почерпнет свое происхождение и свою силу в той же самой Великой Ложе, усилия которой для возвращения к жизни окажутся бесполезными.

Среди мастеров ложи и депутатов находятся на последних конференциях и те, кто выступают в пользу установленных принципов. Эти достойные братья не принимают замыслов, которые должны были ниспровергнуть власть Великой Ложи; они изгоняются. Вскоре замешательство становится крайним: тяжкие обвинения в поборах, уступках, хищениях, злоупотреблениях власти были выдвинуты против наиболее влиятельных членов старой Великой Ложи и ее сановных офицеров; и, возможно, под предлогом благого намерения об искоренении нарушений и возрождения администрации Ордена осуществлялся заговор разрушения самой старой французской масонской организации. По словам Лаланда, «устанавливались новые статуты; злоупотребления исправлялись таким образом, что мастера ложи оказывались снимаемыми и избираемыми большинством голосов». От этого была и большая польза: непрерывный магистерий лож являлся надвигающейся опасностью для Ордена и причиной множества злоупотреблений; он произошел на свет от странного отступничества Великого Мастера графа де Клермона (см. 1744 год). Стало необходимым прекратить данную практику; но это полезное изменение могло вводиться и без встряски; правоту можно было бы проводить постепенно; но упорное сопротивление всякому изменению не позволило действовать таким образом.

Если бы восемь комиссаров, принимавших участие во всех этих действиях, верно бы исполняли обязанности, продиктованные их мандатом, то они бы проинформировали Великую Ложу, призвав ее содействовать улучшениям, пользу которых она не смогла бы отвергнуть; им не нужно было опасаться, располагая поддержкой огромного большинства с генеральным администратором, стоявшим во главе его. Но эти простые поверенные первенствующей масонской организации возомнили себя всемогущими. Великая Ложа не отозвала облеченных властью представителей, которые по своему собственному разумению, переступили через ее приказы, за что она вскоре была наказана. В управлении, как и в политике, необходима жесткость, которая сгибается и, провисая, не падает. На самом деле, Великая Ложа, как мы доказали,  не использовала всю полноту своих действий из-за отсутствия согласия между своими членами, большая часть которых трудились для падения ее власти, рукоплеща этому, заранее привыкнув ко всякому изменению правления. Положение стало критическим, последствия чего явились неизбежными.

1772 год, 24 декабря. Восемь комиссаров, которые, не сознавая того, были наиболее просвещенными агентами масонов, действуют без отзыва и для дела тех, от которых имеют свои полномочия, чтобы представить им итог своего труда; и этот октовират (2), объединившись с многочисленными братьями различных партий, присутствовавшими на сборищах, после предварительного изложения и опираясь на общее избирательное право, торжественно ДЕКЛАРИРУЕТ о том, что старая Великая Ложа Франции прекратила свое существование, поскольку ее заместила новая Великая Национальная Ложа, которая составит целостную часть новой организации, администрирующей Орден, под названием ВЕЛИКОГО ВОСТОКА ФРАНЦИИ.

Так без встряски, но не без сожалений и протестов произойдет революция, куда окунулись в очень большой своей части собственные члены Великой Ложи, в которой те из них, кто одобрял этого изменения, быть может, оставались слишком безразличными. Но наступила, в общем, такая усталость от раздоров и злоупотреблений, обезобразивших последние годы этой масонской эры, что праздничные ложи, несомненно, с безусловной надеждой рукоплескали почти единодушно новому порядку вещей.

1773 год, 24 мая. Брат Шэйу де Жуанвилль, бывший генеральный заместитель Великого Мастера графа Клермона, покидает партию Великой Ложи и просит у Великого Востока диплома почетного заместителя; после чего было оглашено его заявление братом Савалетт де Ланжем, что он согласен со всем произошедшим. Это событие добавляет еще замешательства Великой Ложе, назначающей на место перебежчика герцога де Рогана.

30 августа. Великая Ложа борется и сопротивляется без энергии и нестройно, но слишком поздно; ее семейство уменьшается, и всегда разъединенное оно уже более чем наполовину разбито. Единственный акт мужества, на который она решается, но который оказался бесплодным, это собраться и объявить в сей же день, что новая возникшая рядом с ней в Париже организация под названием Великой Национальной Ложи незаконна, скрытна и нерегулярна (см. ее циркуляр). Она поражает в правах всех мастеров ложи, которые присутствуют или будут присутствовать на ее работах, если они не отрекутся в течение недели от заблуждений, в которых оказались по наущению нескольких смятенных и беспокойных умов. Тщетная попытка издыхающей власти. Великая Ложа не стала больше успешной в своих последовательных усилиях для восстановления своего суверенитета (см. историческое примечание). Власть, афиширующая свое бессилие, становится смехотворной и падает.


(1) Относящееся к этому событию и этому результату (État du G. — O., tom. I de la reprise, pag. 13 et 14) представляется такой неточностью, что свидетельствует либо о полном неведении фактов, либо о желании их скрыть.
(2) Выражение брата Лашоссе в его Оправдательных воспоминаниях.

 

 

ОГЛАВЛЕНИЕ

 

перевод © Владимир Ткаченко-Гильдебрандт (Прандау), 2018 г.


Back to Top