Leaderboard

Хотелось бы привести сюда еще одно рассуждение, кажется подходящее ко всему вышесказанному. Может быть, оно покажется немного громоздким либо чересчур обширным, за что прошу прощения заблаговременно. Начнем, пожалуй, с общеизвестного аристотелевского логического закона тождества, который в формальном представлении часто записывают так: A = A, и который, в общем, означает тождественность вещи самой себе при всем ходе рассуждения. Т. е. говоря об A, мы имеем в виду только A, неизменное и "неподвижное". Аристотель, как известно, в отличие от Платона, не признавал (но и не отрицал), реальности и первичности идей: вместо них он говорил об "эйдосах" или "образах" вещей, которые, не являясь собственно идеями, вместо этого представляют собой их как бы отражения в уме человека. Поэтому философию Аристотеля часто, (правда неясно, насколько правомерно), называют феноменологической. Наконец, хотя аристотелианство, оказало сильное влияние на средневековую теологию и философскую мысль, часто именно в нем видят предпосылки и основания для зарождения современной нам секулярной науки и спекуляции. Кроме того, раз уж мы в нашей дискуссии уже касались вопросов о всеобщем печальном состоянии умов большинства человечества, наверное, будет не лишним обратиться к т. н. традиции, а в частности к таким ее проявлениям как трюизмы: это будет полезно в дальнейшем. Т. н. традиция, (непременно с маленькой буквы), являющаяся, как известно, одним из проявлений инволютивного мирового тока, обычно аккумулирует в себе не только бытовые верования и обычаи (зачастую давно отжившие), она также содержит отпечатки или "фантомы" прежних истин, которые были искажены с течением времени, и смысл которых был затерт до полной неразборчивости. Такими отпечатками являются и трюизмы или "прописные истины", которые, хотя и имеют хождение в быту, понимаются крайне превратно. Для нашего нынешнего рассуждения будет уместно употребить, для начала, два таких трюизма: "Дьявол в деталях" и "Будь собой" (и все их производные). Итак, согласно учению о трех планах, во всем следует различать, (как минимум), три соответствующих как бы начала: ментальный план, астральный план и физический план, (в действительности, конечно, деление на планы гораздо более сложно, но подробное изложение этого мы оставим для другой заметки). Для примера, возьмем какое-нибудь распространенное учение: на ментальном плане находится собственно учение в единстве его положений, на астральном плане лежат его специфические образы, собирается психический ток его последователей и т. д., наконец, на физическом плане осуществляются его практика и "церемониал". Что такое практика, в общем-то, ясно, а вот, что такое "церемониал", мы попробуем объяснить. Одно из положений, приводимых нами в этом рассуждении, состоит вот в чем: любое действие на физическом плане имплицитно содержит в себе не только то, что обычно называют практикой, но и громадное количество "церемониалов". Под "церемониалом" мы здесь понимаем последовательности действий, направленных на достижение оккультных либо, по меньшей мере, неочевидных целей, (термин "церемониал" тут, главным образом, технический, и выбран для удобства рассуждения). Таким образом, человек, производящий в своей повседневной жизни некоторые действия, обычно полагает, что они направлены только на достижение поставленных им повседневных целей: в действительности же они обеспечивают, часто вне зависимости от воли человека, огромное число одновременных как бы представлений или церемоний. Элифас Леви говорил о Шекспире, что последний очень хорошо знал оккультизм. В связи с этим, можно вспомнить известную цитату о том, что: "Весь мир - театр, люди в нем актеры..." и проч. Мы можем добавить к этому, что если все люди - актеры, то большинство актеров - статисты. Они лишь переставляют реквизит не зная пьесы. При этом их простые движения служат осуществлению грандиозной церемонии. Вернемся теперь к известному трюизму о "дьяволе" в деталях. Если для осуществления любого явления и даже для любой вещи необходим свой "церемониал", а под "церемониалом" мы необходимо понимаем последовательность, то нам, конечно, предпочтительнее, чтобы эта последовательность была верной. Кроме того, наверное, чем длиннее и труднее будет последовательность, и чем слабее будет деятель, который ее осуществляет, тем легче будет допустить в ней ошибку. Вспомним логический закон тождества Аристотеля: A = A. На первый взгляд: все верно. Но на самом деле вторая A в приведенной формуле уже является "дьяволом". Закон тождества говорит A есть A. Здесь особенно важно слово "говорит". Логика и слово (логос), как известно, слова одного корня, поэтому законы языка мы, до некоторой степени, распространим и на это утверждение. Попытаемся его немного формализовать: A быть A. Нечто является нечто. Нечто повторяется два раза. Первое "нечто" является второму, словно отражение в зеркале. Не зря двоицу часто называют началом всякого зла. A не равно A уже в силу того, что оно дважды повторяется. Точно так же: 1=1, казалось бы, какая успокаивающая правильность, но на самом деле, мы наблюдаем рождение двух. Именно поэтому Элифас Леви говорил о четырех видах единицы. Маг и оккультист вместо аристотелевского A = A, говорит моисеево: AHIH ASHER AHIH. И он будет прав, потому, что в этом случае речь идет о Боге Едином. Во время исполнения долгой последовательности человек невнимательный легко совершает ошибку, то есть отдает один из элементов последовательности "дьяволу". Этот элемент и будет той самой деталью, вполне реальной и объективной астральной или даже физической данностью, а вовсе не абстракцией, как это привыкли понимать, (конечно, здесь "дьявол" и "зло" следует разуметь как условные обозначения для сущностей и явлений довольно далеких от того, что обычно таким образом называют). Невежды говорят: "Будь собой", что в действительности значит, как ни странно, как раз обратное: "Не будь собой. Вместо этого стань своим отражением, отождествляй себя со своей временной личностью." Мудрецы говорили иначе: "Познай самого себя." Наконец, немного о современной науке, к дискуссии с ув. Baal-Hiram'ом. Мы уже видели, что "дьяволу" достаточно двух, чтобы ввести человека несведущего в заблуждение кажущимся тождеством. Беда современной науки или, во всяком случае, ее значительной части, в том, что она, выражаясь иносказательно, досчиталась до слишком больших чисел и оказалась уже не в силах верифицировать все свои достижения как прежде, утратила пифагорейскую чистоту чисел и стала вязнуть в собственный построениях, не в силах сознаться в том из-за своего высокомерия. При этом, ни науку, ни научный метод, ни в коем случае не следует отрицать. Его скорее следует блюсти в чистоте.