Огонь Философов: Молитва — Робер Амбелен

Огонь Философов: Молитва

Отрывок из книги «Духовная Алхимия» Робера Амбелена

 


«Этот огонь…-  огненный дух, вселяющий в человека
природу, подобную Камню, и, покорно взволнованный
внешним огнем, сжигается, растворяется,
возгоняется, превращается в беспокойную воду,
как говорил Космополит».

 Лиможон де Сен-Дидье: «Герметический Триумф».


Сознание божественного выражается прежде всего религиозным чувством и с помощью ритуалов, церемоний, жертвоприношений, из которых оно происходит. В своем высшем выражении оно облекается в Молитву, которая сопровождает этот неизбежный ансамбль.

«Святые Божии люди, как говорит нам каббалистическая традиция, когда желают путешествовать по Тридцати двум Путям Мудрости, начинают с медитации на священные стихи, и так должным образом подготавливают себя посредством священных Молитв».
(Р-П. Кирхер. «Эдип/Египтиакус»). (Тридцать два Пути Мудрости представляют собой тридцать два стиха Книги Бытия, то есть всю первую ее Главу и первый стих второй Главы. См. Р. Амбелен «Демиург», с. 98-102. – прим.).

Но Молитва, как чувство Священного, которое она выражает, по всем свидетельствам, является духовным феноменом. И, как доктор Кэррел справедливо замечает в своем исследовании, Духовный Мир лежит вне досягаемости наших современных экспериментальных методов. Как же, в таком случае, человек может достичь точного знания о том, что такое Молитва? К счастью, научный мир понимает все, что является зримым.  Посредством физиологии в данную сферу можно проникнуть настолько далеко, насколько  простирается проявление Духовного. Поэтому путем систематического наблюдения за молящимися людьми мы узнаем, в чем состоит феномен Молитвы, какова техника ее воздействия, а также результат. (А. Кэррел «Молитва». – прим.).

Молитва – это старания, которые человек предпринимает для общения со всеми бестелесными и метафизическими сущностями: с прародителями, проводниками, святыми, прообразами, богами и т. д., или с Первопричинами, предшествующими и находящимися на вершине пирамиды. Далекая от пустых и монотонных декламаций по заведенной схеме, истинная Молитва представляет собой мистическое состояние человека, состояние, в котором его сознание приближается к Абсолюту. Это состояние носит не интеллектуальный характер, и потому остается столь же недоступным, сколь непонятным для рационального философа и обыкновенного мыслителя. Для того, чтобы молиться, человек должен в первую очередь постараться устремиться к Божественному. «Думайте о Боге чаще, чем дышите», - как говорил Эпиктет. Очень короткие, но очень частые мысленные взывания могут поддерживать Божественное присутствие для человека.

 «Истинная Молитва - дочь Любви. Это соль знания, она дает ей прорастать в сердце человека, словно в своей естественной среде обитания. Она преобразует все невзгоды в прелести, потому что является дочерью Любви, ибо этот человек должен любить молиться, и быть возвышенным и добродетельным, чтобы любить…

Но та молитва, что является действенной; неужто она никогда не будет нашей?  Разве не нуждаемся мы в том, чтобы ее нам объяснили? Только представим, что слушаем внимательно, и тщательно повторяем ее. Кто скажет нам, что мы должны быть, как дети, слушающие произносящий ее голос?»
(Л. К. де Сен-Мартен «Человек желания»)

Позже мы увидим, что все это объяснит нам внутренний голос, голос, что звучит внутри нас, который связан с Огнем, «вселяющим в человека», по словам Лиможона де Сен-Дидье, заключенных в эпиграфе, предваряющем эту главу.

Существует и иная роль Молитвы, созидательная, осуществляемая в «духовных мирах», которые пребывают неизвестными или неизведанными: «Ora et Labora», как утверждает Герметический девиз, «Молись и работай…» А популярный афоризм добавляет: «Работать – значит, молиться…». Мы можем заключить, что, возможно, в том же смысле, вера приравнивается к работе, и представляет собой руки человека, как было сказано Павлом: «Вера – это сущность вещей, на которые надеются».   


Все зависит от того, что человек подразумевает под этим словом. Возможно, тот, кто молится, строит свою славную форму в ином мире, то самое «тело света», о котором говорили манихеи, и которое является Небесным Иерусалимом; его собственный «Небесный Град», рожденный из его «внутреннего храма», ставшего колыбелью, изначальным прототипом, в обмен на его изначальный небесный инфлукс, путем двойного потока: проекцией земного мира в небесный план.

Из этого мы можем заключить, что человек, который не молится, не ткет свое бессмертие; таким образом он лишает себя совершенного сокровища. Итак, после своей кончины каждый из нас обретет то, на что он надеялся, проживая свою чувственную жизнь. Атеист проследует к своему уничтожению, верующий придет к иной жизни.

В психологическом контексте чувствование божественного является импульсом, поступающим из глубин нашей природы, основополагающим действием, которое можно увидеть равно среди примитивных и высоко цивилизованных народов. Он различен в зависимости от других основополагающих действий, таких как: моральность, эстетическое чувство, а в особенности личная воля.  

Верно и обратное. И, как заметил А. Кэррел, история являет нам примеры тех случаев, когда потеря смысла моральности и священности у большинства членов нации приводили к ее падению, и к скорейшему подчинению соседним народам, которые сохранили то, что было ошибочно утеряно другими. Греки и римляне представляют собой подобные прискорбные примеры. Но также бывает, что чувствование божественного, доведенное до отсутствия толерантности и фанатизма, приводит к тем же печальным результатам.

Кроме того, человек составлен из тканей и органических жидкостей, пронизанными неуловимым элементом, называемым «сознанием». Итак, живое тело, составленное из тканей и органических жидкостей, существует, будучи постоянно связанным с зависящей от различных обстоятельств вселенной. Может ли мы тогда предположить, что это сознание, если оно пребывает в материальных органах человека, также пребывает и за пределами физического континуума? Существует ли запрет на веру в то, что мы погружены в «духовную вселенную» (и, исходя из данного положения, даже самое наше сознание имеет доступ к двум мирам), в ту самую вселенную, которой мы можем избегать не больше, чем наше тело из плоти может избегать материальной вселенной, откуда оно получает элементы для своего поддержания: кислород, азот, водород, углерод, и все посредством осуществления питательной и дыхательной функций?

 Запрещено ли предполагать, что в этой духовной вселенной, где наше сознание обретает те же источники для своего поддержания и душевного здоровья, существует Имманентная Сущность, Первопричина, которую обычные религии называют Богом? В таком случае, Молитву можно было бы полагать посредником естественных отношений между нашим сознанием и его индивидуальной средой, подобно тем принципам, по которым осуществляется дыхание и питание для физического тела.

И потому, в противоположность воззрениям Ницше, молиться не более постыдно, чем дышать, а медитировать не более постыдно, чем и есть или пить! Молитва равнозначна биологической активности, присущей нашему физическому устройству, это естественная и обычная функция нашего духа. Пренебречь молитвой – значит, утратить наш «принцип», душу.

Великий психоаналитик Юнг уверял, что «Многие неврозы вызваны тем фактом, что люди остаются слепы к своим религиозным устремлениям, по причине собственного инфантильного влечения к свету «разума»…».

Нам следует тщательно выделить отличительные черты молитвенной практики. Декламация неясных формул, повторяемых раз за разом, когда на самом деле задействуются исключительно губы, - это не молитва. Повторим, что для «Внутреннего Человека», как называл его Луи-Клод де Сен-Мартен, или для «Человека Желания», как говорил его наставник Мартинес де Паскуалли,  важно следить за тем, чтобы губы действовали совместно с мозгом.

Вместе с интуицией, нравственным и эстетическим чувством, а также разумом, «чувствование Божественного» может привести человеческую личность к ее совершенному расцвету. Сомнительно, что успех в жизни зависит от максимального развития каждого из наших видов деятельности, как физиологической, так и интеллектуальной, чувственной и духовной.  Сам Дух и есть разум и чувство, и потому нам следует любить красоту и знание ровно столько же, сколько моральную красоту, которая представляет собой чистую форму деятельности духа. Платон был прав, говоря, что, чтобы по праву называться Человеком, необходимо «породить ребенка, посадить дерев, написать книгу…».

Молитва – это дополнение и важнейший инструмент трансмутации Человека. В ней пребывает Огонь, и только Тиглю известно, что происходит с Сердцем, когда самоограничение и аскеза становятся тем топливом, которое очищает от первоначальных примесей.  

По влажному пути Работа протекает долго! (Алхимия включает в себя два метода: сухой путь, - короткий, но опасный метод, и влажный путь, - длительный, но надежный. – прим.) Согласно Священному Писанию, она длится: «доколе не начнет рассветать день и не взойдет утренняя звезда в сердцах ваших». (2 Петра 1:19)


Back to Top