Возникновение каббалы — Робер Амбелен

Возникновение каббалы

 

отрывок из «Практической Каббалы» Робера Амбелена

 

Напрасно было бы допускать, даже на мгновение, будто Иудаизм до наших времен представлял собой абсолютный монотеизм с одной стороны, и, с другой стороны, строгую ортодоксальность среди всех его верующих.

Если в первые годы зарождающегося Христианства имел место непрерывный рост сект и индивидуальных верований, одна страннее другой, то в отношении еврейского народа происходило явление прямо обратное. К моменту выхода из Египта культ Бога Израильского был целостным. Без сомнения, существовали и остатки от более древних и примитивных культов (в особенности культы Валаама, Ефода, Терафима и т.д.), которые все еще проявлялись среди семей и племен, но лишь в качестве частного поклонения, в общем сохраняющегося в тайне. Затем настало время соприкосновения с чужими философскими системами, в период временного пребывания в Вавилоне (в результате пленения и изгнания населения), обучения чужестранным доктринам, обмена идеями с интеллектуальной и мистической частью еврейского народа. Некоторые жили и процветали совершенно формально, и нам известен принцип этих сект: фарисеи, саддукеи, ессеи, терапевты. Однако, таким образом мы проигнорируем существование среди народных масс более тайных школ, разнообразных сект, порой проявляющих дух противления «официальным» сектам.

В действительности, было бы серьезнейшей исторической ошибкой предположить, что Иудаизм представлял собой единый блок, не произведший никаких теологических, эзотерических или еретических вариаций.

В своей работе, посвященной формированию Христианства, Дрюс заключил, что еще до начала Христианской эры среди евреев существовало представление о Мессии, который станет таковым для Христианства. Позже последователи Иисуса справедливо прилагали усилия к тому, чтобы представить его жизнь вобравшей в себя все обстоятельства, в изобилии описанные Пророками, что было сделано для доказательства его соответствия после завершения Иисусом своей миссии.

Равно мы отметим и то, что Дрюс, будучи в том согласен со Смитом, подтвердил что вместе с ортодоксальным Иудаизмом в Израиле, или на его границах, существовали секты, которые собрали в себе существенные элементы Христианской легенды, - еще задолго до появления Христианства, - вокруг бога, которого они называли Iesoushouah* («Бог Спасения». - прим.) В этом имени Дрюс видит имя Иисуса, идентичное древнееврейской орфографии. Данный факт является существенным: здесь мы видим первый след существования Каббалы, Iesoushouah - является одним из «Имен Бога» относящемся к «Сфире Гвура.

Черты, которые мы видим в доктрине данных сект, связывают их с синкретической религией, распространенной по всей Западной Азии во времена, предшествующие Христианской эре, которая порождала многочисленные религиозные группы с определенными тенденциями. Она называлась Мандеизм (Mandeanism) или Адонаизм (Adonaism).

Эта синкретическая религия основана на эзотерическом откровении, «гнозисе» («манда» синонимично «гнозису»), который был передан богом Адо (Ado) («Господь»). В этом имени мы находим путь, которым следовало формирование множества Имен Бога данных территориальных областей: Адо, Ада, Адонай, Адонис, Адам, Атем, Атум. В действительности, данная эзотерическая традиция была создана из частей и фрагментов, и она непрестанно пребывает в состоянии теологических родов!

Все Семиты, Офиты, Наассеи, Каиниты, Ессеи, Евиониты, Ператы, Сетианцы, Гелиогностики, а также предгностические секты, существовавшие до нашей эры, ожидали Существа, которое сойдет с Небес и будет воплощено в человеческой форме, чтобы рассеять Демонов, очистить Землю и Человека, а также приведет их к месту Счастливых Душ, что находится в «Сфере Отца».

Исторические исследования открывают существование множества палестинских еврейских теологов, сочувствовавших идеям данных сект, чуждых Израилю.

Не станем идти под откос путем следования исторической ошибке, согласно которой Иудаизм воспринимается строгим монотеистическим верованием, заключенным внутри герметизированной вазы, лишенным какого либо умственного и догматического развития! До наступления нашей эры существовали Манденистские секты с Иудейским основанием, - что подтверждает Б. Смит. - которые справедливо приписывали имя Yeshu, Yeheshuah,
Yesoushouah Спасающему Богу, пришествия которого они ожидали. Yesh на иврите означает «огонь»; в то же время, оно означает происхождение», «родословную». Таким образом, Спасающий Бог является Богом света и огня. Каковы были слова Моисея? «Бог есть огонь пылающий». Как назывались эти секты? Иессеи, Назореи, Назаретяне...

Итак, нам известно, что еврейские эзотерические секты чтили Спасающего Бога, которого они называли Yeshu, или Yeheshuah, или Yehoushouah, а в папирусе, хранящемся в Парижской Национальной Библиотеке (N° 174, Греческого дополнительного фонда) содержится такая заклинательная формула, как: «Заклинаю тебя именем Yeheshuah Nazarean...», и далее: «Я заклинаю тебя именем Бога иудейского: Yeoushuh...».

Повторим, что данные секты возникли до появления Христианства...

Следом за появлением данных сект, а также за мистическим смешиванием, которое наступило после рассеивания еврейского народа, они стали соприкасаться с арабами Северной Африки, а после с арабами Испании и Португалии, установилась и крепкая связь с греческими, турецкими и балканскими народами (связь эта происходила одновременно с процессом рассредоточения), все их тайные доктрины были повторно расплавлены, подверглись варению и брожению. В конечном итоге, встретившись лицом к лицу с опасностью подобного волнения, теологи Израиля, обладая истинным доктринальным эзотеризмом Торы, совместно пришли к решению наконец раскрыть сущность тайного учения, и сейчас мы увидим, каким образом...


*
*   *



На главном фасаде Галилейской Синагоги Капернаума, недавно представшей свету дня, сияет Пятилучевая Звезда, «Щит Давида», Пифагорейская Пентаграмма, символ Знания и Понимания.

Национальной эмблемой еврейского народа является «Печать Соломона», Шестилучевая Звезда, Гексаграмма Средневековой Магии, символ Соломоновой традиции.

Кто может разъяснить данное различие? Откуда появились эти различные парадигмы?

Значение «Печати Соломона» частично ясно тому, кто знает, что на еврейском «Салим» означает «Блаженство» и «Shlom»: Строгость, Правосудие, Равновесие. Гексаграмма, эмблема Общего Закона, связывается со Справедливым Богом, доктриной, поддерживающей метафизическую идею Карающего Правосудия. Это «Закон Кармы» дальневосточных философских систем, а также иудейского Талмуда.

С другой стороны, на иврите Давид означает как историческую личнось, так и Божественную Любовь. Вторая школа, которой принадлежала в том числе Капернаумская Синагога, была связана с эзотерической традицией  «Освобождения Любовью», и применяла в действии таинственный Закон Прощения, который является сокровенным руководящим принципом Христианства.

Вместе с разрушением этого Храма, а также с рассредоточением рабочих еврейских племен, практически прекратилось систематическое уничтожение племен военных (Иуды, Вениамина) и священнического племени (Леви), элиты Израиля. Рим знал, по чему нанести удар... В наши дни практически не придается значения тому факту, что у евреев почти не осталось жрецов, законных наследников Аарона; а раввины являются обыкновенными докторами Закона...

Но нам известно, что уничтожение было неполным, и все еще существуют, практически неизвестные, законные потомки этого эзотерического духовенства, которых мы кратко рассмотрим, в которых объединились, с одной стороны, кровавое духовенство Моисея и Аарона, и, с другой стороны, бескровная линия Мелхиседека, «Царя Салимского», вверенная Аврааму. Ими являются Мартинес де Паскуалли и, в последствии, его исключительный Орден Réaux-Croix.

Это исторический факт, опускаемый общественностью в целом, освещающий истинный союз духовенства Израиля и Оперативного Франкмасонства, или Иудейского Братства.* (Фактом является то, что перед падением Иерусалима Великий Мастер Каменотесов был провозглашен Папой Римским. - прим.)

После смерти Нерона Веспасиан возвратился в Рим. Тит сменил своего отца на посту Командующего римскими войсками и захватил Гисхалу, Гамалу, Табор. Это была кровавая баня, совершеннейшая резня, о чем повествует нам А. Сеше (A. Séché). Иоханан нашел прибежище в Иерусалиме, где фарисеи и зилоты, аристократы и плебеи схлестнулись друг с другом братоубийственной войне. Кровь лилась в Иерусалиме, и у ворот стоял Тит...

Тогда Шимон Бар-Йохай, святой теолог, хранитель сокровенных тайн Торы, тайно покинул Иерусалим, и укрылся в Явне... Каббала была спасена!

И случайно в великих идеологических вихрях и в великих преследованиях, потрясших Средние века, священник, совершенный иудей по своему происхождению, покинул безопасность гетто ради широких дорог и Розенкрейцерских горниц, и смог проникнуть в ту среду, которая уже не была в сущности своей иудейской, но просто философской. Здесь мы намекаем на великие тайные общества, которые появились в течение данной эпохи.* (См. нашу работу «Мартинизм», с. 47 и далее. - прим.)

Однако, вернемся к нашему вопросу.

Нам известно, что на приграничных областях Торы, или официальной версии Закона, развивалась тайная, эзотерическая интерпретация, которая была душой и основанием для существования сект, с которыми мы сталкивались на протяжении хода нашего исследования. Голосами Пророков в Ветхом Завете часто озвучивается факт существования внешних влияний, соприкосновение с другими народами и различными религиями. В действительности, то, что носит название «упадка», более справедливо было бы называть «эволюцией», «истолкованием» и «развитием», более предназначенным для исключительного использования интеллектуальной элитой, более развитой, чем обыкновенное большинство.

Изначальный Закон представлял из себя не только библию, в которой верующие могли найти, наряду с элементами их религии, религиозные предписания, ритуалы и нравственность. В то же время это был гражданский и уголовный кодекс, из которого законодателями Израиля были извлечены принципы и постановления для регулирования отношений между членами профанного общества.

После Вавилонского плена жизнь народа претерпела изменения, эволюционировала. Езра «обновил» «священные тексты», и можно предположить, не смея при этом допускать богохульства, что данные тексты, воспринятые в их буквальном смысле, не смотря на то, что представляют собой пользу в плане пасторальной и простой жизни, не могут быть достаточными для руководства всеми жизненными аспектами, - в первую очередь аспектом духовным, - иудейского народа.

С другой стороны, особый характер национальной жизни заставил Израиль обособиться, сократить контакты и отношения с чужеземными народами настолько, насколько это возможно. Прежде всего, Израиль был гордым и надменным народом, который не желал унижаться, интересуясь их воззрениями, а искал все самостоятельно. По крайней мере, вне всяческого сомнения, он перенял некоторые доктрины иноземного происхождения, которые таким образом были не чисты с точки зрения Торы, однако, с превеликой тщательностью исследуя данный вопрос, можно заключить, что они являются весьма древними и чисто иудейскими, и данная точка зрения окажется верной! (Аггада Талмуда, точно так же, как и Мидрашим (Мидраш), тем не менее, признают, что еврейский народ принес из Вавилона названия месяцев года, Имена Ангелов, и, в целом, всю Каббалу...).

Движимые национальным, неуловимым, и, кроме того, спорным духом, доктора Закона, - объединяя в себе функции законодателей, теологов и казуистов, - предались ему исходя из собственного сердечного содержания. Среди них немногие великие и свежие умы создали каркас, пользуясь иностранными материалами, и довершили его использованием отдельных истолкований, принялись за разработку поразительнейшего метафизического Храма, на создание которого только способна человеческая мысль. От их метафизических рассуждений появились, во-первых Мишна, дополнительное истолкование пяти книг Пятикнижия, или Торы, истолкование, рассматривающее мельчайшие подробности. Это учение займет у Таннаим, или докторов Закона, которые в период с 150 г. до н.э. и до 220 г. н.э., - почти четыре столетия, - с беспрестанным усердием составляли комментарии на Тору.

До третьего столетия нашей эры Мишна представляла собой отдельные фрагменты. К тому времени метафизический багаж, переданный Таннаим, достиг таких исключительных объемов, что подобное разделение было необходимо. Рабби Иехуда (Иуда-Князь) по прозванию ха-Наси, «Патриарх» составил части первого собрания в виде руководства.

Мишна Иехуды до сих пор полагается Каноном, который вскоре после его появления был оценен даже больше чем само Пятикнижие. В трактате Соферим сказано, что: «Тора подобна воде, но Мишна подобна вину». Здесь содержится двойной смысл. Аллегорически, мы понимаем, что пьющего вино охватывает опьянение, в то время как доля пьющего воду заключается в холодном рационализме; однако, в смысле эзотерическом и Каббалистическом, поскольку слово «вино», на иврите yain, по своему числовому значению соответствует слову sod, означающему «тайны»! Исходя из этой сознательно допущенной тонкости, можно предположить, что Мишна содержит «дух» Традиции, в то время как Тора обладает только ее «буквой». Первая эзотерична, вторая - экзотерична.

После, подобно тому, как была прокомментирована и разъяснена Тора, так и Мишна, в свою очередь, была прокомментирована и разъяснена внутри тайных школ. Преемники Таннаим, называемые Амораим, или раввинские «комментаторы», в синагогах Ливии, Палестины; Сиры, Нехардеи, Пумбедита и Уши в Вавилоне, она являлась текстом, вызывавшим разгоряченные дискуссии, на протяжении трех веков. Заключением этой длящейся веками дискуссии стала Гемара, или «завершение» (относительно Мишны). Более обширная компиляция, объединяющая решения Амориам и Таннаим была в последствии учреждена под названием Талмуда, еврейского слова, означающего "ритуал".

Из этого следует, что, если Тамлуд является кратким изложением Гемары, то Гемара является комментарием и завершением Мишны, а Мишна является эзотерическим текстом Торы; в таком случае, Талмуд является более эзотеричным и более аллегорическим, чем сама Мишна, поскольку он стремится еще более ясно раскрыть ее тайны! Итак, нам известно, исходя из основания опыта, что каждый раз, когда один текст раскрывает смысл религиозного текста, то совершает он это используя новые аллегории...

Мы можем заключить, что, попытка разбирать Талмуд дословно, применяя его учение относительно Израиля, еврейского народа, а также его анафемы гоев, или народов необрезанных, будет равносильно отступлению в экзотеризм Торы, и совершеннейшей невозможности раскрыть что-либо. Напротив, Талмуд и все его учения не имеют отношения к избранному народу и к осуждению этого мира. В действительности, тому научит нас иная важнейшая работа, в некоторых своих моментах, она называется Сефер-hа-Зоhар, «Книгой Сияния».

Подведем заключительный итог: как антисемиты, так и израильтяне, - фанатичные представители обоих лагерей, - пребывают в заблуждении, поскольку Талмуд не обращается к людям, живущим на земле! Израиль - это общество избранных, «благословленных Отцом Моим!»

Существует два Талмудических компендиума: один Иерусалимский, завершенный в пятом веке нашей эры, и один Вавилонский, завершенный в начале шестого века. Оба из них в достаточной степени воспроизводят Мишну, однако первый является Палестинской Гемарой, а второй - Вавилонской Гемарой. Последний, безусловно, более заслуживает внимания. Иерусалимский Талмуд состоит всего из одного тонкого фолианта, в то время как для записи Вавилонского требуется два объемных тома того же формата! По этой причине последний представляет собой, что верно и для наших дней, истинное выражение Талмуда.

В Вавилонии Талмудические изыскания процветали в течение длительного времени, многим позже того, как, по всей видимости, социальная и интеллектуальная жизнь исчезла из Палестины. Те же теологические организации мы вновь находим в Испании и Португалии конца двенадцатого столетия. В двенадцатом веке в Гренаде Самуил ибн-Нагдилла опубликовал примечательное введение к исследованию о Талмуде; а Гершом бен Иехуда представил четырнадцать трактатов о Талмуде в Майнце и Меце. Шломо Ицхаки, прозванный Раши, написал арамейские «Комментарии» почти на все трактаты, посвященные Гемаре. В двенадцатом столетии знаменитый Маймонид составил комментарий к Мишне на арабском, который и поныне остается выдающимся примером классического комментария. В тринадцатом столетии германские и французские раввины писавшие на арамейском, расширили комментарии Шломо Ицхаки. Вплоть до семнадцатого века вавилонский Талмуд сохранял влияние, превышающее влияние самой Торы. Данное явление вполне объяснимо, поскольку он должен был предоставить ключ к последнему; и большинству евреев Тора была известна исключительно по цитатам из Талмуда!

Агада Талмуда, о которой мы сказали немного ранее, и в которой говорится о Месяцах и об Ангелах, породила истинный иудеский «гнозис», движимый мистическим жаром докторов Закона. Этот гнозис опирался на эзотерические комментарии библейских преданий. Данный комментарий изначально относился к Устной Традиции, он произошел от интеллектуального просвещения, придававшего истинное значение текстам, а также неоригинальные истолкования, как воспринимала их невежественная толпа.

Данная Устная Традиция, происходящая из мистического просвещения, представляет собой «Слово», или «традицию, передаваемую словом», то есть, на иврите, Cabala, и, на французском, Kabbale! (См., в частности, Иерусалимский Таргум, называемый Таргум Онкелоса).


Таким образом, мы видим, что, подобно тому, как в отношении Христианских текстов существовал длительный период брожения, официального или оккультного, который непрестанно варил и приспосабливал к новой среде обитания исходное «откровение», полученное путем просвещения, добавляя новые комментарии, порой приходящие из иноземных идей, а также прилагал иные неортодоксальные или внешние «практики» с точки зрения их происхождения, которые и привел к появлению иудейского эзотеризма, или Каббалы.

Безбоязненно можно сказать о том, что это было всемирное и вечное инициатическое брожение, которое, будучи вложенным в сердце эзотеризма Израиля, как и в сердце любой иной религии, дало начало рождению Каббалы. Каббала - ничто иное, как Вечная Доктрина, скрытая в Символах и во всех легендарных сюжетах, просто переданных традициями, существовавшими от начала времен, чьи корни уходят в изначальные тайны шумерских и аккадских народов. Это семитское проявление данной вечной Доктрины, которое может лишь перенимать свои способы выражения от расовых, наследственных или нравоучительных идей Западных народов, а еще более точно - от народов Средиземноморских. Христианство стало ее основным вестником, который прежде всего опирается на Ветхий Завет. Каббала стала тем тиглем, в котором в период Средних веков это своеобразное наследие народов белой расы Западной Европы смешалось с дальнейшими кельтскими традициями. Это привело к созданию любопытного метафизического и философского ансамбля, в котором языческое возрождение, в особенности относящееся к Древней Италии и Греции; Пифагорейские традиции, произведенные от объединения и обмена; выжившие кельтские элементы в традициях народной и приземленной магии; а также Гностический Христианский эзотеризм составили ту странную атмосферу, в которой появилась Средневековая Магия: Фаустовский цикл...

Именно тогда появился Сефер-hа-Зоhар, или «Книга Сияния». Мы не станем настаивать на исторических подробностях ее происхождения, поскольку они остаются неопределенными. Вся ее публикация, и даже все, или часть ее составления, приписываются Моше де Леону, еврею, жившему в Испании в тринадцатом веке. Однако, доктрины, которые преподает Зоhар, связаны с мистическими иудейскими доктринами, написанными ранее, чем вышеупомянутый тринадцатый век. Моше де Леон приписывает его знаменитому Шимону, прозванному Бар-Йохай, ученику Акивы, однако лучшим способом признать законность этой книги будет признание присущей ей ценности; автор и время написания менее важны, нежели сама книга, и величие Зоhара остается неоспоримым. Мы заключим, что Зоhар является экзотерическим подведением итога тринадцати веков иудейского мистицизма.

Он состоит из восьми основных трактатов, а именно:

1) «Тайны Торы»
2) «Юноша»
3) «Мистический Мидраш к Торе»
4) «Мистическое Исследование»
5) «Приди и смотри»
6) «Великое Собрание»
7) «Малое Собрание»
8) «Книга Сокрытия», или Сефер ди-цениута

Классические издания таковы: издание из Мантуи (1560, ин-кварто), Дублина (1623, ин-фолио), Константинополя (1736), Амстердама (1714 и 1805). Данное издание 1714 года считается наилучшим из всех, и на его основе Жан де Поли опубликовал перевод Зоhара на французский язык под редакцией Лафюма.


*
*   *


В действительности, именно по этой причине в своей лаборатории Доктор Фауст смотрел на теплые тона раскрашенных витражей, освещающих Гексаграмму Соломона и Пентальфу Пифагора, объединенных и переплетенных вокруг розы эглантерия последователей Гермеса, озаряемой в центре кельтского трилистника! Церковные колокола Пасхального утра, отрывающие Доктора от его смертельной меланхолии, также празднуют воскресение Иерусалимского Храма, которое строители Соборов перенесли в великие столичные готические Соборы. Именно здесь мы вновь встречаемся с этими стараниями, направленными на Синтез. Кельтский трилистник становится сдержанным круглым окном-розеткой, разделенным на три части; Гексаграмма и Пентаграмма украшают их затемненные сводчатые галереи, а пропорциональные «деления» той же розы эглантерия теперь становятся великолепными «розами», купающими (согласно удачному определению Грийо де Живри) трансепты наших дремлющих Соборов в нереальном свете...

И также посредством этого каббалистического «света» будет достигнуто великое Иудео-Христианское слияние, предсказанное Докторами Церкви. Обладая ключами к Каббале, Христиане-Иоанниты, такие же, как мы, последователи Мартинеса де Паскуалли или Луи-Клода де Сен-Мартена, - все мы могли бы лучшим образом проникнуть в тайны двух Заветов. Не изменяя их ортодоксальности, мы заключим их в самое сердце данного синтеза. И, согласно загадочному пророчеству Книги Бытия: «И да вселится Хам в шатрах Симовых».

Изучая Каббалу, набожные и искренние евреи узнают, что данное учение не обладает политеистическим подтекстом, который они ошибочно приписывают ему. После, возможно, подобно тому, как сказал Альбер Жоне (Albert Jounet) в «Ключу к Зоhару», Иудеи и Христиане вместе направят свои общие надежды по направлению к Несотворенному Миру, возвысившись к Вечности Того, Кто ожидает их примирения, вероятно, для того, чтобы вновь проявить Себя в виде Славного Христа.

И так, согласно таинственному Каббалистическому обещанию, «Мессия сойдет в Мир посредством добродетелей Сефер-hа-Зоhар...»

 

Отрывок из книги «Практическая Каббала»

Автор © Робер Амбелен

Перевод © Eric Midnight, 2011


Back to Top