Мартинизм как живая философия — Baal-Hiram

Мартинизм как живая философия


Несмотря на то, что во многих линиях, претендующих на то, чтобы называть себя мартинистскими, установилась плотная тенденция к превращению Мартинизма в нездоровый эклектизм и нью-эйдж, с подменой здравой философии Сен-Мартена и христианской каббалистики де Паскуалли всеядностью, нео-гностицизмом, псевдо-герметизмом и тому подобными порождениями современной болезненной реакции общества на информационное изобилие и засилье либерального безумства, сам по себе он, Мартинизм, был и остается живой философской мыслью. И не является ни синтетическим сборником, надерганным из разного рода учений, ни отдельной религией. Мартинизм - это именно форма христианской философии, и ни в коем случае не религия и не секта. И как бы не хотелось современным последователям нью-эйджа превратить Мартинизм в очередную удобную для них эклектику, в которой они варятся неизменно и ежедневно, этого никогда не произойдет. Идеи христианской философии лежат в мире идеальном, их не залапать бредовыми измышлениями воспаленного ума, зараженного бациллами либерализма и толерантности, коими проникнут всякий современный неоязычник, эклектик и нью-эйджер.

Язычник не может быть Мартинистом, чтобы он ни говорил про себя и про свои взгляды. Человек, обращающийся в своих молитвах к идолам давно минувших эпох, сам разрывает всякую связь с Мастерами Прошлого, и с Традицией изначального Мартинизма и Мартинезизма. Об идолах и человеческих заблуждениях довольно было сказано Мартинесом де Паскуалли и Луи Клодом де Сен-Мартеном. Что же до последовательной христианской направленности Мартинистской философии, то она вполне ясно обрисовывается в жизни и трудах сих Мастеров Прошлого, и наиболее демонстративно - в жизни и трудах Жана-Батиста Виллермоза. Стоит упомянуть "Трактат о Двух Естествах Господа нашего Иисуса Христа", написанный Виллермозом в духе исповедания данного догмата Вселенскими Соборами христианской Церкви, и одну жизненную ситуацию, известную нам по письмам, которые сохранились с XVIII века. Я имею ввиду сейчас тот случай, когда мошенник и плут Калиостро пытался установить отношения взаимопосещений с Ложами Избранных Коэнов, которыми управлял Виллермоз. Но был изгнан Виллермозом с позором после нескольких встреч на нейтральной территории. Изгнан за мошенничество и лжечудотворение, а также за то, что объявил себя равным Христу, а Христа обычным магом и таким же человеком, а не Богом.

Мартинизм в своей сути и сущности есть философская мысль целиком и полностью христианская, и не имеет иных каких либо догматов или религиозных установлений, которые бы отличали исповедание христианской веры мартинистами от того, как она исповедуется христианами, знакомыми с догматикой Вселенских Соборов, и разделяющих принципы, ею провозглашаемые. Никаких иных религиозных предписаний Мартинизм никогда не имел и не нес в себе, кроме как признавать воплощение Логоса - Сына Божия, Единородного, Исходящего от Бога Отца, в человеческом теле, распятого за грехи мира, страдавшего, погребенного, и воскресшего в третий день согласно библейским пророчествам о искуплении и исправлении ветхого Адама.

Можно с уверенностью сказать, что во многих аспектах Мартинизм является реакцией западного общества XVIII-XIX веков на распространявшиеся в обществе идеи секуляризма, атеизма и вольтерьянства. И в то же самое время Мартинизм был своего рода рывком внутренней сущности своих Адептов, из схоластического мира католического богословия с одной стороны, и светской философии исповедующей атеизм и материализм с другой стороны - к поиску истины, и настоящего Мистицизма, к обретению того, что действительно ведет к Свету и Богу. Именно поэтому почти все положения теологии Мартинеса де Паскуалли повторяют и духом и порою даже буквой учение святых отцов Восточного Православия, а также общих для Католицизма и Православия древних святых отцов церкви, таких как Иоанн Златоуст, Василий Великий, Иоанн Дамаскин и другие. Именно искренний поиск Бога и Истины в последовательном движении в русле христианства привело Луи Клода де Сен-Мартена, фактически создавшего своими трудами проработанную философскую базу Мартинизма, к учению о Пути Сердца, в своей сути и сущности тождественному исихазму Григория Паламы - одного из величайших православных мистиков Византии.

С самого начала своего, от самого появления своего Мартинизм был последовательно консервативен, и все настоящие последователи этой мистической философской Традиции всегда делали упор на поиске Бога, на духовном и нравственном прогрессе человека, его души и духа, на его возрождении как существа Богоподобного, путь к коему был открыт нам Сыном Божиим, Иисусом Христом. И никогда Мартинисты не ставили во главу угла сомнительные достижения человека в области технического прогресса.

Мартинистская философия будучи живой мыслью с самого своего появления последовательно отстаивала традиционные моральные и нравственные ценности, традиционное политическое устройство общества. В отличии от современного Мартинизму масонства, в Мартинизме нет запрета на обсуждение политических тем, но анархист и последователь либерализма не сможет быть Мартинистом, уже хотя бы просто потому, что таковому человеку будет претить все философское учение Мастеров Прошлого, вся их последовательная позиция традиционного консерватизма.

Живой поиск Истины, совмещающий мистическую практику внутреннего делания, или даже делания оперативного - в духе Мартинезизма Избранных Коэнов Мартинеса де Паскуалли, естественным образом соединяемый с церковной теологией, и объясняемый философскими наставлениями Сен-Мартена и последующих ему Мартинистов создали ось и сущность западной традиции как таковой. Невозможно недооценить влияние Мартинизма на мировую культуру, невозможно недооценить влияние Мартинизма на мистицизм, оккультизм и эзотеризм запада. Начиная с Элифаса Леви, пратикующего католика, писавшего: «Желаешь превзойти величием всех магов? Стань Христианином, простым и смиренным», и продолжая Валентином Томбергом, русским Мартинистом, написавшего книгу о христианских медитациях, и другим русским Мартинистом - Шмаковым Владимиром Алексеевичем, писавшим: "конечной же энтелехией, высочайшим и абсолютным выражением естества иерархии монад является мистический Лик Христа. В своей земной жизни Он раскрыл образ идеального Человека, Сына Человеческого, сущность и символ всемирного человечества вообще, Адама Кадмона. Христос есть конкретность Бога, Его Личная Ипостась, есть Абсолютная Монада, вершина и центр иерархии царства монад. Таково Его онтологическое Естество, а Его земной Лик есть совершеннейшее выражение этого Естества в феноменальном" - все Мартинисты были последовательными христианами, философским и мистическим образом продолжавшими нести миру Благую Весть Искупления нашего естества Иисусом Христом.

Мартинизм никогда не стремился заявлять о себе громогласно, или занимать место церкви, и церковного дискурса. Но философский подход доказательств теологических и нравственных положений Христианства всегда был основной частью Мартинистского учения. Вот уже четвертый век к ряду философская мысль Мартинизма живет, развивается, и привлекает к себе всех тех, кому близко традиционное Христианство, и кому близок философский подход в объяснении его догматов, а также мистическая практика - полная и глубокая, выводящая из долины смертной сени к Свету и Богу.

Политически же Мартинизм всегда был и оставался консервативен, всегда поддерживал идеи сближения государства и церкви, и из традиционных форм правления наибольшие предпочтения уделял монархии. Конечно, разные прославленные Мартинисты смотрели по разному на формы существования монархического строя, однако все они признавали его традиционность и полезность обществу. Что же до демократии, или республиканства, то жизненный пример Жака Казотта, описанный Элифасом Леви и Станисласом де Гуайтой вполне указывает нам на то, как Мартинисты, посвященные еще самим Паскуалисом, и получившие от него наставления относились к такого рода формам правления. Для тех кто не знаком с данной историей, вкратце: Жак Казотт, будучи посвященным еще задолго до французской революции Мартинесом де Паскуалли, друживший и общавшийся с Луи Клодом де Сен-Мартеном, во время вакханалии учиненной Робеспьером и прочими борцами за свободу пороков от морали, пытался противодействовать им, за что и был казнен трибуналом конституционных беззаконников-анархистов.

Живая мысль мартинистской философии и сейчас, как и в прошлые времена несет в себе все те же идеи, отстаивает все те же идеалы, будучи консервативной, но не противящейся логичному и естественному процессу собственного прогресса в сфере духовного просвещения. Ведь консерватизм - не обозначает застой, и традиционная философская мысль вполне может развиваться и быть прогрессивной, вот только прогрессивной без всех этих либерально-анархических выкриков, типа "свобода, равенство, братство" и тому подобной профанации и демагогии, столь свойственной секулярному обществу, и тем думающим (но не мыслящим) людям, которые предали Родину и Церковь в которых рождены за улыбки и/или деньги заокеанских знакомых.

Мартинистская философия крайне гуманистична, будучи христианской. Не смотря на то, что разного рода софисты пытаются противопоставлять Христианству, а в особенности наиболее символичной и мистической его ветви - Восточному Православию - гуманистические идеи, никакого противоречия нет, если разобраться в вопросе здравым умом. Христианство учит тому, что человек был сотворен Богом по Своему - Божьему - Образу и Подобию. Именно эту идею - Богоподобия человека вы найдете в творениях святых отцов Православной Церкви. Именно идею Теозиса посредством Иисуса Христа вы найдете в ритуалах и молитвах Православной Церкви, в ее символизме, если будете вникать в него отложив в сторону выкрики тех, кто называет себя либеральной интеллигенцией, а на деле являющих собой лишь начитавшийся пропагандистской литературы сброд заблудших. И именно об этих идеях философски рассуждают Мартинисты, говоря об Адаме, его грехопадении, и последующем его Искуплении через Нового Адама - Господа нашего Иисуса Христа, Сына Божия, Единосущного Отцу. Нет более высоких прав у человека, кроме как вернуться к изначальному своему Божественному состоянию до грехопадения. И нет большего права и привилегии для человека как быть сотрудником Богу, исполнять его Волю, воплощая в себе Добродетели. О божественности человека богословствует Восточное Христианство, о божественности человека философствует Мартинизм устами всех своих деятелей. И лишь такое учение можно считать в высшей степени гуманистичным, а не либеральную пропаганду атеистов и материалистов, язычников, сатанистов, нью-эйджеров и просто потерянных в собственном уме людей, пытающихся учить о природных качествах и правах человека, якобы врожденных ему. Нет, и никогда не было без ответственности, труда и работы над собой никаких прав и привилегий. Нет, и никогда не было никакого равенства между людьми кроме как перед Божественными законами. И свободы никакой нет, кроме как выбирать между добродетелью и пороком. И лишь выбирая добродетель человек восстанавливает свой божественный образ и подобие, лишь следуя пути Воли Господней получает он свои права и привилегии, точно также, как знания и умения человек приобретает в ходе своей жизни путем усилий над собой, и трудами в обучении.

Последовательно развивая христианский гуманизм, Мартинистская философская мысль с XVIII века и по сей день привлекает всех тех, кому близко мировоззрения традиционное, несущее Слово Божие, и данные нам истины, указующие Путь Возвращения, Реинтеграции в наши изначальные качества, свойства и силы, духовные и божественные.

В наши дни Мартинизм как философия мало известен в русскоязычном пространстве в настоящее время, и идеи чистой и светлой Традиции мистического Христианства, исповедуемые нами вслед за Мастерами Прошлого - Мартинесом де Паскуалли, Луи Клодом де Сен-Мартеном, Жаном-Батистом Виллермозом пока только начинают становиться путеводной нитью для всех тех, кто желает умстенной работы и умного мистического делания. Однако, сама философия Мартинизма глубоко близка для России и органична Восточному Православному дискурсу, и положения ее, столь хорошо объясняющие многие из догматов Церкви с мистической и философской сторон всегда легко воспринимались наиболее серьезными и глубокими умами нашей страны. Так будет продолжаться и дальше, ведь являя собой в том числе философскую базу для Православного мировоззрения и учения, Мартинизм станет крепким стержнем для всех народов несущих в себе византийское наследие - восточный мистицизм Православия, воистину сакральным образом передающим важнейшие тайны возрождения человечества, связанных напрямую с воплощением Христа, Его Рождеством, Распятием, и Светлым Воскресением.

 

Автор статьи © Baal-Hiram 330/660/900 Ancient and Primitive Rite of Memphis-Misraïm, 2012 год


Back to Top